- Дава, но как так? Женька же мастерица на все… и руки, в том числе, - продолжаю глумиться, облегчённо вздыхая, понимая, что мир между нами, потихоньку регенерирует.
- Да там…- Дава пытается что-то сказать, но подходящих слов, видимо, в голове нет, машет рукой. – Не всё так просто, Мурик, у женщин. Да и мне перед боем полезно…
- Решил всё же выйти?
- Да, хочу, будешь отговаривать?
- А смысл?
- Верно, даже не начинай, - делает глоток кофе и потягивается до хруста костей.
- Фэйс только побереги, чтобы разбитой рожей не светить тут, - напутствую, тоже сажусь за стол.
- Ага, - явно пропускает моё замечание мимо ушей, прикрывает глаза.
Хочу напомнить ему, что мы так-то на работе, но стучат в дверь, и почти сразу входит Ками.
Вид у неё озабоченный. Она быстро мечет взгляд на Давида, поправляет короткие волосы, упавшие на лицо, и только потом смотри на меня.
- Там пришёл адвокат, этого, вчерашнего… - смущённо говорит она.
- Чего хочет? – лениво тянет Дава, не делая лишних телодвижений.
- Вас хочет, - жмёт плечами Камилла. – Вернее начальство.
- Камилла, не переживай, - подхожу, беру за руку, чтобы успокоить, но она упрямо смотрит на безучастного брата, и тогда я чуть сильнее сжимаю её пальцы.
Переводит взгляд на меня, хмурится, пытаясь вытянуть свою руку.
Потом непонимание мелькает в её глазах, и я уже жалею о своей вспышке, но только до той секунды, пока она снова с какой-то затаённой надеждой не бросает взгляд на Даву.
- Ты хочешь что-то сказать? – чеканю холодно, не, удержавшись, пропитываясь ревностью. – Пусть не мне. Давиду?
Камилла, вспыхнув, закусывает губу, и, выдернув свои пальцы из моих, выходит.
- Мурик? – Дава подходит ко мне, сканируя взглядом. – Чё гонишь-то?
- Ничего, - с досадой сжимаю кулаки, стараюсь не пустить корни паранойи глубоко, но отвратное настроение так и теплится на краю сознания, пока мы решаем вопрос с адвокатом вчерашнего мажорика.
Всё серьёзно, мажорик грозится, подать в суд, за нападение Давы на него, Давид плюётся, перемежая маты и нормальные слова, и сулит тому тоже кары небесные. Наш штатный юрист пытается всех успокоить, а я представляю суровое лицо отца и разочарование, которое скользит в его взгляде.
Выпроваживаю Даву, чуть ли не пинками, отправляя его домой, готовится к бою, и сам стараюсь решить вопрос мирно, напомнив, что Марк Ильич, так зовут мажора, сам виноват, и домогался нашей сотрудницы, и если он не успокоится, то она подаст встречный иск.
Адвоката это притормаживает, видно, что его клиент не всё ему рассказал. Надеюсь, у этого дебила хватит ума не раздувать скандал из сложившейся ситуации, потому как с Камиллой я свой экспромт не оговаривал и не знаю, как она к этому отнесётся.
Она целый день ускользает от меня, и поговорить, и, наверное, извинится перед ней, у меня не получается, и я уже готов, что вечером она мне откажет, но она удивляет меня.
Встречает на парковке, привалившись к своей Мазде, кутается на ветру в яркий, широкий бомбер, надетый поверх форменной блузки.
Напоминает девочку-анимэшку, с этими своими большими настороженными глазами, сверкающими из-под лохматой чёлки.
- Привет! – выдаю банальное, не сориентировавшись ещё в стиле поведения, потому что ещё не понял, чего ожидать.
- Привет! – еле улыбается в ответ, но меня отпускает.
- Камилла, послушай…
- Всё нормально, Тимур, - опережает она меня. – Забыли.
И вроде бы смотрит спокойно, но мне не хочется этих недомолвок, даже если так удобнее.
- Нет, ненормально. Я чёт загнался…- выходит коряво из меня, и чтобы сгладить углы, добавляю, - я обещаю исправиться. Куда хочешь пойти? Если ещё хочешь, конечно.
- Я хочу на бой к Давиду, - выдаёт она.
- Откуда ты… - от неожиданности не могу сформулировать вопрос.
- Я слышала, как он разговаривал по телефону, - пожимает плечами.
Всё же, Давид.
Моя паранойя и ревность расцветают с новой силой.