– Вероника Сергеевна, это и есть потерянный конверт?
– Честно, я даже не знаю, что сказать. Перед тем, как пойти к вам, я несколько раз проверила – конверта не было, – оправдывалась она. – Наверное, кто-то сначала взял его, а потом подложил! Ведь значок…
Она осеклась, когда Алексей Борисович ухмыльнулся и бросил со злостью конверт ей на стол.
– Тогда покажите нам. Или его тоже вам подкинули, а потом волшебным образом украли прямо из ваших рук?
Ульяна Васильевна засмеялась, а Вероника не знала, что ответить, поэтому просто замолчала, опустив глаза в пол.
– Давайте поступим с вами так. – Директор положил свои толстые руки с пальцами-сардельками ей на плечи. Она невольно отвернулась, когда почувствовала зловонье из его рта. – Вы возьмёте себе недельный отпуск. За свой счёт, безусловно.
Свита направилась вслед за Алексеем Борисовичем, а Вероника осталась стоять в кабинете, сдерживая слёзы. Не было там конверта, не было.
На приём к доктору она попала на следующий день. Про вынужденный отпуск и ситуацию с конвертом Саше рассказывать не стала. На ходу соврала, что несколько дней поработает из дома, потому что в школе карантин.
Сидя в приёмной и нервно покусывая губу, она не заметила, как подошла её очередь. Мужчина с седой бородой пригласил зайти в кабинет и попросил немного подождать, пока он сходит за её картой.
Вероника села на кушетку, разглядывая плакаты на стенах в стиле советских лозунгов. «В здоровом теле – здоровый дух», «Здоровье – всему голова» и «Не болей». На одном из плакатов была изображена темноволосая девушка, вылитая она сама, точнее, две её. Головы девушек срослись между собой, а в месте слияния находилась оголённая кожа. Будто мост между двумя головами, соединяющий их воедино. Снизу яркими красными буквами выведена надпись «Властвуй, поглощай и заменяй».
Чем дольше она вглядывалась в мост из кожи, тем больше ей казалось, что под ней пульсировали вены. Она вздрогнула, когда в кабинет вошла девушка в медицинском синем колпаке, маске и латексных перчатках. В несколько шагов она пересекла кабинет, взяла заслонку со стола и, подойдя к Веронике, грубо закрыла ей левый глаз. Под плакатами загорелся ярким светом экран с буквами.
– Читай первую строчку, – скомандовал голос.
– Т, К, О, Р, Ь.
– Следующую.
Все буквы были одного размера. Это удивило Веронику. Если медсестра хочет проверить её зрение, разве не должны буквы с каждой строчкой уменьшаться? Да и сам экран выглядел нестандартно, будто крафтовую бумагу приклеили к миниатюрному водонагревателю и подсветили лампами для цветов.
– Ы, О, У, Ё.
Только прочитав вторую строчку, она обратила внимание, что мягкий знак верхней строки выходил за пределы буквенного прямоугольника. Заслонка вдавливалась в глазницу, доставляя дискомфорт.
– Третья.
– С, Р, М, Ш.
Медсестра убрала заслонку и перешла на другую сторону, закрывая ей правый глаз.
– Теперь читай буквы вертикально. Сверху вниз.
– Для чего мы это делаем? – Вероника попыталась убрать заслонку от глаза, но девушка положила руку ей на затылок, прижимая сильнее.
– Сверху вниз, – грозно повторила она.
– Боже мой, да хорошо! Т, Ы, С, К, О, Р… – она замолчала. Читая в таком направлении, буквы начали складываться в слова.
– Ты ско..ро умр..ёшь.
Заслонка упала ей на колени. Она подскочила, оттолкнув медсестру к стене. Дверь открылась и в кабинет зашёл мужчина с седой бородой.
– Нашёл вашу карту. Не часто вы у нас бываете. Пришлось потрудиться, чтобы её отыскать.
– Что здесь происходит? – размахивая руками, закричала она. – Вам стоит провести воспитательную беседу со своим персоналом. Зачем ваша медсестра проверяет моё зрение в такой грубой форме с этим странным экраном, на котором написано невесть что! Ещё этот дурной плакат…
Выпалив всё это на одном дыхании, она почувствовала лёгкое головокружение и нехватку воздуха.
– Какая медсестра, какой экран, о чём вы?