На крики и грохот вышли люди с двух соседних квартир. Девушка охнула, а сосед обратился к Веронике с расспросами.
– В квартире кто-то есть, я взяла… а тут Саша… – она задыхалась от паники, не в состоянии объяснить, что происходит.
Пока молодая соседка вызывала скорую помощь, её рослый муж с опаской зашёл в квартиру, поднял кулаки на уровне груди, готовясь к нападению, и скрылся в комнате. Вернувшись через некоторое время, он пожал плечами и резюмировал, что внутри никого нет. Вероника оттолкнула его и забежала в квартиру. Радостная собака крутилась вокруг, запрыгивая на хозяйку и отталкиваясь лапками от её ног. Разбросанные на полу вещи исчезли, дверца шкафа была закрыта. Лишь нож в её руке был самым что ни на есть реальным.
Саша третий день находился в городской больнице с ушибленными рёбрами, сломанной ногой и ножевым ранением в предплечье. Соседка, недолго думая, вызвала полицию. Саша оправдывался перед полицейскими, ссылаясь на недоразумение – он сам оступился на лестнице, а Вероника пыталась его удержать за руку, но случайно порезала. Пояснить, зачем она вышла из квартиры с ножом и почему кричала, Саша не смог. Допрашивали и Кирилла, но он на пару минут задержался внизу, говоря по телефону, и видел только лежащего друга. Момент падения или ссоры между ним с Вероникой он не застал. Полицейские выслушали объяснения, но по их глазам было видно, что в Сашины слова они совершенно не поверили. Обещали начать проверку. Вероника читала его сообщения, оставляя их без ответа.
За все эти дни она ни разу не навестила своего молодого человека. А что она ему расскажет? Как ей мерещится всякое, как теряет грань между реальностью и вымыслом? Вряд ли он ей поверить, а вот Оксана...
Вероника прошмыгнула мимо Михалыча, который увлечённо разговаривал по телефону. По идее, её здесь не должно быть, и, если он заметит, то обязательно доложит Алексею Борисовичу, а там – жди проблем. Не хватало, чтобы по школе поползли слухи о её неуравновешенном психическом состоянии. Оксане же она доверяла. Пусть пропишет ей какие-нибудь успокоительные таблетки и всё нормализуется.
Оксана внимательно выслушала, а потом заметно напряглась, сидя в своём кресле.
– Так ты видишь то, чего нет? – спросила она и сделала пометку в своём блокноте.
– Да… нет? Не знаю уже, во что верить. Кажется, что схожу с ума. Клянусь тебе, всё было таким настоящим! Одежда, звуки... А та девушка – копия меня!
– Понимаю, – Оксана сделала ещё одну пометку. – Скажи мне, у тебя в роду не было тех, кто страдал какими-нибудь психическими расстройствами? Помню, что у бабушки Альцгеймер, но, вдруг, ты знаешь о других заболеваниях своих родственников?
Вероника вымученно улыбнулась и прикрыла глаза ладонью. От нервов ей хотелось смеяться во весь голос, но тогда Оксана точно сочтёт ей ненормальной. Хотя, вероятно, таковой она её и считает. Кто в здравом уме поверит ей?
– Ника, не обижайся. Ты просто сама вслушайся в свои слова. Медсестра в поликлинике исчезла из кабинета, а твоё отражение пыталось затолкнуть тебя в шкаф. Ты настолько не разбираешься, где реальность, а где нет, что поранила Сашу.
– Говорю же, это была случайность! – вспылила она, но попыталась успокоиться, чтобы не напугать Оксану. – Мне показалось… Да чёрт, какой смысл тебе доказывать, если ты уже поставила крест на мне!
Вероника встала с дивана и направилась к выходу. Слушать этот бред ей больше не хотелось – помощи от Оксаны не будет. Женщина последовала за ней, ухватив за локоть у самой двери, но Вероника отмахнулась. Оксана не удержалась, упала на пол и ударилась головой об журнальный столик. Всё произошло так быстро, что ни одна из них двоих не успела ничего понять. Прижав руку к затылку, Оксана обнаружила на ней кровь. Вероника двинулась в её сторону, чтобы помочь подняться, но остановилась. Такой напуганной она видела её впервые.
Кое-как поднявшись с пола, Оксана принялась судорожно набирать чей-то номер. На белой накрахмаленной блузке по спине растекалась кровь. Её было так много, что Вероника невольно подумала, а не потеряет ли женщина сознание и не умрёт ли здесь, если она оставит её одну. Но размышлять об этом было некогда. Вероника скрылась за дверью, промчалась по коридору до выхода, сбив по пути Михалыча. Сзади слышны были оклики, но она бежала без оглядки. Лишь когда села в свою машину, смогла перевести дыхание. Сердце колотилось, руки тряслись. Она закрыла лицо и сжалась в комок, надеясь, что так никто не сможет её достать, но быстро одумалась. Машина рванула с места, взвизгнув тормозами. Вдруг Оксана вызвала полицию? Здесь нельзя, да и больше незачем, было оставаться.