Целительская встретила веселым гомоном и шумом. На мое появление присутствовавшие отреагировали нестройным хором приветствия. Облачившись в черное одеяние и разложив на столе принесенные снадобья, попробовала призвать всех к порядку: - Поставьте кровати на место и приготовьтесь к осмотру. У нас с вами много работы. Оборотни быстро вернули все на свои места и теперь явно ждали продолжения. - Каррейн не заходил? - спросила, подходя к Риасу. - Не было. А меня сегодня возьмете на лечение? - оборотень смотрел просящими глазами, явно надеясь на положительный ответ. - А нас? - послышалось с других коек. Все стали перебивать друг друга, предлагая свои кандидатуры. - Посмотрим, как пойдет, - ответила сразу всем. - Сначала начнем с тех, кому хуже ваше пришлось. Потихоньку обходя одного за другим, с радостью отметила, что состояние больных прежнее. - Помогите переложить, - попросила наиболее здоровых, указав на спокойно наблюдающего за мной из-под полуприкрытых век оборотня. За все время, что я находилась здесь, он ни разу не проронил ни слова. - Как зовут? - поинтересовалась я, пока его дружно перемещали на место за перегородкой. - Фиссер, - нехотя ответил тот. - Очень приятно, а я Ниас, - ответила, пытаясь хоть как-то растормошить его. - Чего грустим? Нет, чтобы радоваться, что скоро покинешь комнату! Смотри, - указала на прислушивающихся к нашему разговору оборотней, - никого из них вперед тебя не пустила. - Да к бездне все, - резко бросил Фиссер, - калека - это не жизнь. Он замолчал, а потом как будто выдохнул: - Ты же не только жизнь дарить умеешь. Забери! Вздрогнув, отшатнулась назад. Забирать чью-либо жизнь я была не готова. Следовало срочно переключить его на что-то другое. Но как это сделать? - А ну брось такие мысли! - прикрикнула на него. - Не мне твою жизнь забирать. После моих слов он словно потух и закрылся в себе, ни на что не реагируя. Мои попытки растормошить его пустой болтовней не приносили успеха: - Тебя ж наверняка друзья и близкие заждались. Только представь, как они будут рады видеть тебя снова. Все было тщетно. «Ладно, - решила я. - Не нытьем, так катаньем. Посмотрим, что после лечения скажешь». Поставила перегородку так, чтобы она закрывала меня от любопытных глаз, и принесла пару зелий из запасов. Пора начинать. - Фиссер, - позвала его. Он никак не отвечал. Тогда потрясла его за плечо, пытаясь привлечь внимание. Оборотень резко распахнул глаза и раздраженно на меня посмотрел. - Не надо грозно сверкать своими очами. А то еще руки дрогнут. Слушай и запоминай: я попытаюсь спасти твою ногу, - увидев, что на его лице наконец появилось хоть какая-то заинтересованность, продолжила, - поэтому твоя задача - мне не мешать, тихо лежать и не дергаться. Может быть больно. Кивнув, давая понять, что принял мои слова к сведению, и чуть заметно хмыкнув на последнюю фразу, он снова прикрыл глаза и ровно задышал. Тем временем я положила руки ему на виски, настраиваясь на ауру больного и создавая проекцию организма с очагами воспалений. Хотя можно сказать, что дела обстояли плохо, поскольку болезнь затронула разные слои тканей и, по сути, разъедала кости, вызвав мощное гнойное воспаление, но, к счастью, в практике Ниас были и более тяжелые случаи. Руки работали автономно от сознания, механическая память руководила процессом. Мне же оставалось только наблюдать и контролировать происходящее. Все шло хорошо, как вдруг голову пронзила острая боль. Пальцы задрожали, и я потеряла один регенерационный поток, который сейчас воссоздавал и сращивал новые ткани. Едва заметная целительская нить силы стала распускаться. «Он же сейчас ноги лишится по моей вине», - в голове пронеслась паническая мысль. Быстро схватила с тумбы один пузырек и, откупорив, выпила его содержимое до конца. По венам словно потек жидкий огонь. Невероятный прилив сил, даруемый зельем, должен был помочь мне в работе. Еще раз настроившись на Фиссера, я с легкостью вернула себе контроль над энергетическими нитями, в рекордно короткие сроки закончив лечение. Мной словно овладело какое-то шальное состояние, когда ты не вполне отдаешь себе отчет в своих же действиях и при этом ощущаешь, что можешь все. - Следующий, - громко крикнула из-за перегородки. Секунду ничего не происходило, а потом самым прытким оказался Риас. Кто бы сомневался. Бросив на него невидящий взгляд, коротко скомандовала: - Ложись, - указав на соседнюю кушетку. Фиссер же на последнем этапе лечении потерял сознание, поэтому никак мне не мешал. Склонившись над пришедшим, увидела большую черную кляксу в районе сердца, чуть шевелящуюся наподобие желе. «Вот ведь жуть», - подумала, в то время как руки уже словно выжигали ее на теле Риаса. От пятна веяло холодом и мерзостью, заставляя меня против воли испытывать брезгливость. Когда практически со всей заразой было покончено, заметила, что эта тварь запустила один из отростков в сторону сердца, пытаясь скорее до него добраться. - Еще чего не хватало, - прошипела я, осторожно подхватывая пальцами черный клубок. Тот просто так сдаваться не хотел, пытаясь уцепиться хоть за что-нибудь. Полностью отделив его от тела оборотня, тут же сожгла в руках. - Чего развалился, беги давай, - весело сказала Риасу, с восторгом взиравшему на меня. - Другие тоже ждут. Следующий! Моих сил хватило еще на двух больных, после чего, проводив последнего, почувствовала, что сознание начинает ускользать. «Хорошо, хоть койка освободилась», - промелькнуло в голове, прежде чем я потеряла сознание.