Сложно было представить, как можно без последствий для организма удалить хорошо пророщенную заразу. - И второй готов, - довольно сказала я, отходя в сторону, чтобы дать оборотню возможность спокойно подняться. - Спасибо, - от души поблагодарили они и сразу же покинули целительскую. - Даже зелья не понадобились, - удивленно проговорила я, осматривая стол с неиспользованными склянками. - Еще рано судить об этом, - непонятно ответил Аррейт, подходя ближе и садясь на освободившуюся кушетку. - У вас тоже ранение? - удивилась я, быстро осмотрев его со стороны и не найдя видимых повреждений. - Да, - ответил он, стягивая просторную рубаху. В районе груди обнаружился длинный красный росчерк с рваными краями и чуть почерневшей серединой. - Что же вы молчали! - рассердилась я. - Надо было сразу сказать, когда пришли за мной, а не ждать. - Мне не к спеху, а вот ребят задело раньше, мало ли, вдруг у них воспаление уже пошло. К тому же мой организм сильнее и не так просто болезни будет здесь устроиться. - Ладно, давайте посмотрим, - успокаиваясь, ответила я. Рана проходила поперек груди до плеча и представляла собой довольно странное зрелище: рваные края, которые прямо на глазах пытались стянуться, в момент соприкосновения словно отпрыгивали друг от друга, возвращаясь к исходному положению. Запекшаяся вокруг круг кровь красновато-коричневым ореолом опоясывала эту непрерывную борьбу организма с привнесенным вредителем. - Кто это вас так? - спросила я, проводя руками близи раны. Аррейт чуть качнулся и ответил: - Ребята же рассказывали, что нам попалась новая тварь. Вот она и зацепила. Признаться, я просто не успел увернуться... - Небось закрывали от нее кого-то? - уточнила я, на секунду отойдя и быстро вернувшись с полотенцем и миской, наполненной водой с предварительно растворенным в нем зельем, которое должно было через некоторое время усилить регенерацию оборотня. Аррейт не стал отвечать, еле заметно пожав плечами на мой, по существу, риторический вопрос. - Сейчас я обработаю рану, и будем думать дальше, - объяснила я свои действия внимательно следившему за мной пациенту. Намочив ткань, стала аккуратно смывать запекшуюся бурую массу, стараясь делать это максимально осторожно, чтобы не задеть само воспаление. Тело под моими руками словно закаменело и, если бы не теплое дыхание, щекочущее мне время от времени шею, можно было бы подумать, что оборотень превратился в каменного истукана. Наконец, с подготовкой было закончено: - А теперь посмотрим, что же там внутри не дает восстановиться. Не получив ответа и отметив закрытые глаза Аррейта, я начала более детально просматривать состояние его организма. Но меня ждала неудача: мой дар отмечал некоторую общую болезненность, но не мог толком объяснить, в чем же кроется причина. - Хм, - я нахмурилась и, надавив на плечи Аррейта, заставила того опуститься полностью на кушетку. - Попробуем по-другому, - пробормотала чуть слышно и резко положила руки ему на грудь. Чуть вздрогнув, он моментально успокоился и опять превратился в недвижимую статую. Тем временем я тоже прикрыла глаза, переключаясь на внутреннее видение. Можно, конечно, было обойтись и без этого, но для меня смена легче проходила с закрытыми глазами. А под руками в это время горел пожар. Именно такие ассоциации у меня вызвала увиденная картина: стоило коже с разных сторон коснуться друг друга, как тут же вспыхивало пламя, разъедая все вновь выращенные ткани. И так волна за волной расходилась в стороны. Зрелище, честно говоря, было завораживающим. Но я пока так и не видела, что именно провоцировало каждый новый взрыв. Наклонившись еще ниже, так, что уже чувствовала свое дыхание на руках, я начала отводить голову то вправо, то влево, надеясь хоть под каким-нибудь углом разглядеть эпицентр заразы. На одной из вспышек мне повезло: сознание ухватило новую нить, которая по своему виду и другим свойствам полностью мимикрировала под систему оборотня, за исключением изредка пробегавшего по ней огонька. Затаив дыхание, я потянулась даром к ней, боясь спугнуть такую удачу. Осторожно начала оплетать ее коконом собственной энергии, отсекая от Аррейта, и медленно продвигаясь все глубже. Сам процесс напоминал спуск по канату внутрь огромного туннеля, конца и края которому не видно. Работа продвигалась медленно, но, когда я-таки добралась до сердцевины этой заразы, полностью опутав ее своей силой, то просто сожгла в ту же секунду. Руки еще больше включились в работу: теперь мои пальцы порхали по груди оборотня, направляя его восстановительные системы в нужное русло и убирая то, что организм нарастил в избытке, пока пытался регенерировать. Постепенно я почувствовала, как тело под касаниями расслабляется, словно обмякая на кушетке. Чуть улыбнувшись своим мыслям, глядя на такое спокойное и не хмурое лицо лежащего передо мной командира, попыталась сосредоточиться на лечении, хотя это и было довольно сложно. Крепкое, подтянутое тело, перевитое мышцами, но создающее впечатление скорее жилистого, нежели громоздкого, человека, блестело капельками воды, которые раз за разом притягивали мой взгляд. Были и застарелые шрамы, затянувшиеся белыми рубцами, но они совершенно не вызывали отторжения или неприятия. Скорее говорили: вот оно, тело настоящего воина. Движения рук стали замедляться, словно специально затягивая процесс. А я поймала себя на мысли, что мне нравится вот так прикасаться к нему. К тому же заметила, что и Аррейт бессознательно стал реагировать на прикосновения. Повернувшись в сторону, я наткнулась на светящийся взгляд оборотня. Синева была очень яркая и словно магнитом затягивала в свой омут. Оторваться было невозможно. Аррейт стал медленно подниматься, продолжая удерживать мой взгляд. Я чувствовала перекаты мышц под пальцами, но не могла найти в себе силы убрать руки. Практически сев, Аррейт потянулся и наклонился ко мне... - Ниас, ты здесь?