Чтобы как-то отвлечься, я начала изучать присутствующих, заметив на противоположной стороне Кору с остальными ребятами. Улыбнулась Мирре, которая, поймав мой взгляд, тут же радостно замахала рукой. В сторону сидящих в небольшом отдалении от них Шерраха и Теора я даже смотреть не стала, чтобы не портить настроение. - Жители Луадора! - громкий низкий голос Съерраха заставил смолкнуть тихие перешептывания и полностью обратить свое внимание в центр. Одетый в странный черный наряд, изобилующий красной вышивкой, напоминающей звериные оскалы, комендант больше походил на шамана или друида, нежели на солдата. Черные волосы были по лбу перевязаны алой лентой в тон, а ее блеск в свете костра отдавал кровавым сиянием. - День середины лета настал! Да пусть же хранит мир сынов своих! - вскинув руки вверх, ему вторил резкий столп огня, на миг прорезавший небо светом. «Короткие же у них, однако, приветственные речи», - подумала я. Тут же застучали барабаны, выбивая ритм, а в центр вышли оборотницы. Странный танец, который они исполняли, завораживал и притягивал: плавность движений сменялась резким переходом, а затем новым перетеканием из одной фигуры в другую. Их красочные наряды пестрыми пятнами украшали опустившуюся ночь. Внезапно полилась спокойная, даже немного грустная и печальная мелодия флейты. Новые танцовщицы, но уже полностью в белых нарядах, сменили собой предыдущих. На моих глазах разворачивалась целая история переживаний жен и матерей, которая просто не могла ни тронуть за живое. Я настолько погрузилась в свои ощущения, что, казалось, прожила их рассказ вместе с ними. Под конец, когда флейта неожиданно оборвалась на высокой ноте, они взмахнули руками, в которых появились платки, и одновременно опустились на землю, накрывая ее единым белым покрывалом. В полной тишине они покинули площадку, а на нее вышли молодые воины, желающие показать мастерство владения оружием. Я же все еще пребывала под впечатлением от предыдущего зрелища. - Мы называем это танцем памяти, - над ухом раздался приглушенный голос Аррейта. Чуть поддавшись вперед, так, что его дыхание обжигало мне шею, он продолжил: - Чаще всего его исполняют те оборотницы, которые уже познали горе потери. Необязательно пары, возможно, просто кого-то близкого. Танцем мы воздаем им долг памяти, оживляя в нашем сознании и прощаясь с ними. - Это было непередаваемо, - также шепотом ответила я в пол-оборота. Воины заняли место для выступлений довольно надолго. Сначала я смотрела с интересом, но спустя некоторое время начала зевать. Даллен не отрываясь следил за происходящим, мне же хотелось вытянуться поудобней. - Откинься назад, - словно прочитав мои мысли, сказал Аррейт. Недолго думая, последовала его совету, тут же обретя горячую опору за спиной. Чуть помедлив, еще и голову положила на плечо. Может, это и не очень соотносится с местными приличиями, но, во-первых, можно было потешить себя надеждой, что в темноте никто не станет присматриваться, чем мы там занимаемся, а во-вторых, признаться, мне давно очень хотелось это сделать. Еще тогда, когда я лечила его в целительской, попав в плен темных глаз, а может и раньше, когда только начались наши совместные вечера на кухне. Не знаю, да и какой смысл в этом разбираться? Любому существу хочется любви, тепла и поддержки. А вот последнее я получала именно от Аррейта. «Будем считать, что в этом кроется причина», - успокоив себя таким образом, я полностью расслабилась, пытаясь опять уловить суть происходящего в центре круга. Наконец воины разошлись, оставив после себя совершенно утоптанную площадку, на которой незамедлительно появился Съеррах. - Впереди всех ожидает новый год. И я не хочу, чтобы промеж нас оставались какие-то кривотолки или неприязни. Мы - одна семья. Ежели есть у кого на сердце обиды или мысли черные, пусть скажет слово. Толпа стала тихо перешептываться между собой, по-видимому, проясняя отношения. Но, как оказалось, я ошиблась. - Я беру слово, - вперед вышла темная фигура одного из воинов. Его я определенно не знала. Да и не мудрено: по сути, познакомиться успела только с теми, кто побывал у меня в целительской, да еще с несколькими жителями. Присутствующие затихли, с интересом ожидая развития событий. Безымянный воин повернулся в мою сторону, смотря, казалось, прямо на меня, а я почувствовала, как по спине пополз холодок новых неприятностей. - Говори, - сказал ему Съеррах. - Я хочу, чтобы целитель Ниас прошла суд предков, - эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Все стали хором голосить, перекрикивая друг друга. Я же поднялась во весь рост, а за моей спиной незримой тенью встал Аррейт. - В чем ты ее обвиняешь? - изумленно спросил Съеррах, с трудом удерживая недовольство в голосе. - В черном колдовстве. И доказательством тому служит неожиданное исцеление Ярра, - голос говорившего просто поражал своей убежденностью и горячностью. - Целитель Ниас, подойди сюда, - не став противится, я сразу же подошла к коменданту. - А тебя, Аррейт, я не звал, - услышала за спиной. - Мое решение, - спокойно ответил он. К счастью, больше возражать Съеррах не стал, а я была бесконечно благодарна его молчаливой поддержке. - Есть еще согласные с обвинением Орра? - вперед вышли еще четыре фигуры, две из которых оказались женщинами. Одна - явно пожилая оборотница, а вот вторая - еще довольно молодая. Но сколько же злости было в ее глазах. Хотелось отшатнуться, но я заставила стоять себя ровно и спокойно. - Есть ли среди вас те, кто может предоставить конкретное доказательство, а не голословное обвинение? - внезапно спросил Аррейт. Высказаться никто не решился. - Ясно, - тихо произнес он, как вдруг вперед выскочила молодая оборотница: - Как она Ярра из-за грани вернула?? А??? Да и многие оборотни внезапно седеть стали! А почему? Да потому, как она силы ваши пьет!! Неужели вы не видите?? Змею на груди пригрели! Думаете, она просто так вас лечит? Глупцы! Она же к вашим нитям жизни как пиявка присосалась, да пьет вас, забирая силы!! Все взоры обратились ко мне. Под прицелом многих глаз я корила себя за добросердечность и за то, что пустила на самотек подобные идеи. Ведь говорили, что не всем моя деятельность пришлась по нраву. А Даллен еще уговаривал: «сказки им хочется». Нет уж, дружок, им зрелище подавай со мной в качестве главного блюда. - Брехня! - вперед выступил Каррейн. - Зло ты говоришь, Лаира, зло. Никому Ниас худого не сделала. Только добром отвечала. - Что ты, старый, болтаешь! Как его можно слушать, коли ты сам под ее влияние попал! - оборотница оббежала круг и остановилась прямо передо мной. - Тебе здесь не место! - Пусть будет суд! - закричала она, а ее голос подхватил Орра и еще двое обвинителей. - Нет, - жестко сказал Аррейт, выходя вперед и словно слегка загораживая меня. - Суда предков не будет, обвинений недостаточно, а доказательств вы предоставить не можете. Но будет суд чести! - Хорошо! - оборотница предвкушающе потерла руки. - Ниас против Орра! Толпа захрипела, осуждая подобное решение. - Нет, - очередное твердое слово остановило Лаиру на полушаге. - Вместо Ниас буду я. - Ты не можешь, - рассмеялась она, полностью уверенная в собственном превосходстве. - Право дель-оно, - спокойно ответил он. - Не может быть... - растерянность Лаиры была неподдельной, как и испуг, который отразился в ее глазах. - Ты же не станешь?.. - Мы в ответе за свои поступки, - чуть печальный голос Аррейта совсем не вязался с его спокойной решимостью. - Ты сама выбрала путь. - Но я думала, что ты... - не договорив, она быстро подошла к нему вплотную и тихо прошептала, - не убивай его! - Это не мне решать, - ответив, Аррейт повернулся ко мне и, взяв за руку, тут же отвел в сторону. - Что такое суд предков? - спросила его. Во время предыдущего разговора я оставалась молчаливым наблюдателем по той простой причине, что просто пыталась разобраться в происходящем. Все прозвучавшие термины были мне незнакомы, поэтому прежде чем встревать, стоило понять, о чем вообще идет речь. - Потом объясню, - торопливо сказал Аррейт. - Сейчас, когда Съеррах спросит о твоем согласии, ты должна ответить «Да» и больше ни во что не вмешиваться. Договорились? - Нет, - ответила ему, - объясни, что происходит? - Суд пре