На самом деле ей вдруг заплохело, этакая острая необходимость заплакать. Рита пошла в туалет, чтобы умыться и привести себя в порядок. Закрывшись в кабинке, она облокотилась на умывальник, разглядывая свое отражение в зеркале. «Соберись. Распустила нюни, мужчины этого не любят, – мысленно произносила она сама себе. Зажегся значок «пристегните ремни», видимо самолет входил в зону повышенной турбулентности. Марго набрала в ладони ледяной воды и намочила затылок, это был еще один из ее приемов вернуть спокойствие и унять головную боль. Она постояла еще немного, выдохнула, распрямила спину, откинула волосы с плеча и решительно рванула дверь.
–Рита!!!
Она чуть не ушибла Берестина дверью, ему пришлось резко сменить траекторию, и теперь он сжимал Марго в своих объятиях, пытаясь не упасть.
Это было неожиданно для обоих. Маргарита осторожно опустила ладони на его плечи, как будто об них можно было обжечься. Она смотрела на его губы, их лица были так близко, что почти соприкасались. Марго чувствовала запах его парфюма, и по коже бежали мурашки.
Он взял ее за шею, и осторожно сжал ладонь на горле, так же как в ту ночь на капоте Мазды. Дыхание Марго стало прерывистым, она дрожала. Алекс провел большим пальцем по ее губам.
Самолет неожиданно тряхануло, Риту прижало к стене, а Берестин, все еще пытающийся удержать их обоих, навалился сверху. Он стиснул ее еще сильнее, как будто это было необходимо, чтобы поймать равновесие, и вместо поцелуя, укусил за нижнюю губу.
–Ты ненормальный…– шепнула Маргарита, но все женское существо ее всколыхнулось навстречу этому мужчине. Внизу живота предательски и приятно заныло.
–Как ты это делаешь?– выдохнул он, продолжая крепко сжимать ее.
–Что делаю?
–Сводишь меня с ума…
Звуковой сигнал возвестил о том, что самолет вышел из зоны турбулентности. Алекс отпустил Маргариту.
Её била мелкая дрожь, голова кружилась, кое–как добравшись до своего места, Марго плюхнулась в кресло. Губа болела. «Скорее всего, будет синяк», – подумала Марго, осторожно проведя подушечкой пальца по нижней припухшей губке. Но она обожала, когда он делал так, обожала его до дрожи.
Петр Петрович пересел к Грачеву, у них завязался оживленный спор. Вернувшемуся Берестину ничего не оставалось, как сесть с Маргаритой.
–Ой, Александр Владимирович, прошу простить, занял ваше место, – забеспокоился Петр Петрович.
–Ничего страшного. Сидите – сидите!
Он опустился в кресло рядом с Ритой и уставился в иллюминатор, ему было стыдно, за свою выходку, он опять делал не то, что следует.
Маргарита делала вид, что читает. Молчание тяготило обоих.
–Посмотри вот это, – он протянул ей свой телефон. – Майкл прислал сегодня.
На экране были фотографии с фестиваля жженой резины. Марго и Алекс прекрасно смотрелись вместе. Вот она смеется, волосы ее парят в воздухе, видимо Алекс кружил ее в этот момент. У него выразительные глаза и смотрит он на Марго по-особому. Фото с награждения, Алекс и Марго стоят вместе на пьедестале, а брызги шампанского накрывают толпу – они пара, они победители. Вот Алекс прислонился к капоту машины, рядом Рита, прижимается к нему спиной. На следующем фото они оба хохочут, обнимая друг друга. Фотография Маргариты, ракурс с самого пола: полоса асфальта, эффектный красный кузов Мазды виден во всей красе, Рита в черной коже на ее фоне великолепна, небо, на грани заката, впечатляет своей синевой, прекрасно довершая композицию.
–Красивые фотографии.
–Ты красивая…
Он снова смотрел в ее глаза так, что по коже Маргариты бежали мурашки. Он не мог запретить себе делать это.
–Вы тоже…
Ей захотелось прямо сейчас прикоснуться к его губам. Рита прикусила нижнюю губку. Она всегда делала так, когда возбуждалась, и Александр прекрасно знал об этом.
–Есть и компромат на тебя! – попытался перевести тему Берестин.
Фотография Маргариты и Евгения: они мило стоят рядом с фужерами шампанского. Рита лучезарно улыбается, Женя осторожно держит ее под локоть.
–Это пока вы обжимались с цыпочками, – прошептала Рита, и глаза ее озорно блестели.
–Ревнуешь? – ехидно улыбнулся Алекс.
–Да, – честно призналась Рита. – А вы?
Ехидная улыбка моментально исчезла с его лица. Алекс не мог оторвать от Марго взгляд, хотя понимал, что это уже выходит за рамки приличия:
–Я тоже ужасно злюсь, видя эти фотографии.
Обоим нестерпимо хотелось целоваться. Но он уже решил, что больше не позволит себе делать этого. Он не думал, что это будет так тяжело – видеть ее и не целовать.
–Что с тобой происходит, Александр?
Она положила ладонь ему на ногу, и это было уже слишком для Алекса.