Жанр - приключенческий роман, подростковая проза
Кто не мечтал о приключениях?
Как я выбираю книги для чтения? Пожалуй, это сложный процесс… Обращаю внимание на обложку и аннотацию, читаю комментарии тех, кто ознакомился с произведением до меня. Обычно уже на этой стадии становится понятно, «моя» это книга или «не моя». В этом романе меня зацепили слова, что это написано на основе достоверных фактов. Я люблю, когда автор опирается не только на собственную фантазию, но и на источники, кропотливая работа в процессе создания всегда подкупает.
Судя по названию и тегам, роман «Тайна испанского манускрипта» обещал мне пиратскую романтику и головокружительные приключения охотников за сокровищами, но (учитывая прежний неудачный опыт) я знала, что найти хорошую приключенческую книжку для приятного вечера ныне отчего-то стало трудно. Я настраивалась в лучшем случае получить еще одну копию Джека Воробья - удачную или нет, даже не важно, важно, что вторичную. Книга не казалась супервостребованной у читателей сайта Литнет, но это в моем случае, скорей, плюс, а не минус. Мне ли не знать, что именно среди таких недооцененных работ порой скрываются настоящие золотые самородки? Короче, желание открыть читалку перевесило – и знаете, я ни грамма не пожалела!
Этот роман оказался многослойной историей. Я бы сказала, что он расположен на стыке нескольких жанров. Это авантюрный роман, исторический, приключенческий и даже в какой-то мере фантастический роман, потому что концепция цикла из 6 книг ("Тайны манускрипта" - первая) сложна и оригинальна.
Основная канва строится вокруг поиска золотого клада инков. Его тайну покойный отец разделил на три части и вручил трем сыновьям. Однако прошло время, прежде чем ее смогли расшифровать, соединив все части головоломки. Пока наследники и их друзья, среди которых капитан морской шхуны Дэниэль Линч, мастер-краснодеревщик Том Чиппендейл (видимо, тот самый!), мистер Трелони, родственник покойного обладателя тайны, и другие идут по следу и убеждаются, что рукописи не только не горят, но их еще и не размывает водой, кто-то начинает убивать их знакомых. Раскрывать преступления помогает ловкий человек, детектив мистер Эрроу (который мог бы послужить прототипом Холмса для Конан-Дойля, если бы не его жадность). Постепенно становится понятно, что убийца пытается проникнуть в тайну сокровища. Однако это лишь один из уровней истории.
Второй уровень – это странные сны главного героя капитана Линча. Почти сразу догадываешься, что они неким образом связаны с далеким будущим (то есть нашим с вами временем). Эта часть книги остается нераскрытой в первом томе, она лишь подстегивает интерес и желание разобраться, что же это такое. Однако ясно: Нечто зовет капитана, тревожит и навевает непонятные образы, и это означает одно – жизнь Дэниэля Линча продолжится в вечности, он преодолеет все невзгоды и опасности. Честно признаюсь: мне было легче читать о смертельных приключениях, когда я была уверена, что героя точно не укокошат в очередном сражении.
Третий слой, особенно мне понравившийся, относится к полновесному историческому роману. Читателю ненавязчиво сообщают много интересных фактов, любопытных и мудрых сентенций. Совершенно неожиданно я знакомилась то с японским искусством, то с необычным музыкальным инструментом под названием охотничий рожок, то узнавала подробности биографии Джонатана Свифта, то наблюдала в действии прототип голопроектора – «волшебный фонарь»... География, биология, история, политика – нет областей, которых бы попутно не коснулись авторы. И все это подано в доверительной манере, кратко и убедительно.
Благодаря прекрасному литературному языку и грамотной речи, стилизованной под старину (в меру, без фанатизма, что важно!), книга читается легко и приятно. Я наслаждалась выверенными описаниями и характеристиками персонажей. Вот, к примеру, такой штрих к портрету одного из персонажей: "Дядя Джордж застыл. Рот его остался зиять темным отверстием. Он тяжело дышал, лицо его налилось обидой и кровью". По-моему, написано смело и неизбито!
Способность несколькими меткими выражениями обрисовать картину и отсутствие набивших оскомину штампов особенно радовали мою привиредливую душу.