Так Вайя вспомнила, зачем ей нужна улыбка.
– Есть одно красивое место, пойдем?
Не дождавшись ответа, Вайя объявила: – На сегодня гадания окончены.
Морган кивнул.
Дорога вела через лес. Полная луна освещала путь. Вайя вздрагивала от каждого шороха, но старалась не подавать виду. Почему-то она была уверена, что духи леса присматривают за ней и не дадут оказаться в беде, но когда подол нижней юбки зацепился за колючки, не удержалась и вскрикнула. Где-то вдалеке отозвался филин. А может, это гудит ветер? С верхушки дерева сорвалась стайка летучих мышей. Даже если ночь глухая, лес переполнен звуками. Чаща словно утроба. Густые заросли защищают от внешнего мира, впускают внутрь своего пульсирующего организма.
Когда огни селения оказались позади, Морган восхищенно выдохнул: сколько же звезд на небе! Казалось, что можно зачерпнуть горсть и пропустить сияние сквозь пальцы. Как будто небо – большой черничный пирог, который кто-то щедро посыпал сахарной пудрой.
Они могли бы срезать через пещеру, но Вайя решила идти в обход. С одной стороны, хотелось, чтоб ночь, когда властвует Саркун, никогда не заканчивалась. Лучший способ растянуть время – наполнить его впечатлениями. С другой стороны, под ложечкой сосало от страха. Чем глубже в лес, тем сильней желание проснуться завтрашним утром. Проснуться и ничего не помнить, только чувствовать ломоту в теле от долгой прогулки и гадать, откуда она взялась. Сколько сладостной тоски скрывалось в этой неотвратимости. Сегодня можно всё, а завтра – будет новый день, Саркун утратит свою власть. Глаза будут открыты, но перестанут видеть. И даже если ей хватит духу вырезать имя Моргана острым кинжалом на своем предплечье – сможет ли она его прочесть?
– Тут здорово, – Вайя первая нарушила тишину.
Они пришли.
Тихо шелестели ветви плакучей ивы, почти погруженные в воду.
– Это горячие источники? – Морган откашлялся после долгого молчания. – Поплаваем?
– Я… – Вайя запнулась, – не умею плавать, так что…
– Раздевайся. И заходи в воду, – Морган вздохнул, – раз уж сама меня привела.
Спорить не хотелось. Завтра все равно будет новый день. Какая разница? В чем-то он прав, она сама выбрала это место. Только показать хотела… или нет? Вайя замешкалась. Измерила температуру воды кончиками пальцев ног. Прохладно. Всё никак не могла решиться.
– Закрой глаза и следуй за моим голосом.
Была не была! Делать, а потом думать. Только раз. Пока властвует Саркун, пока сияет полная Луна, пока ночь скрывает румянец на её щеках.
Действительно, по мере приближения к Моргану вода становилась всё более теплой.
– Говорю же, горячие источники.
Его голос уже совсем близко. Они совершенно одни. Вайя позволила себе расслабиться.
Происходящее казалось совершенно естественным: быть с ним здесь и сейчас, слушать его вкрадчивый голос, не знать, что произойдет через секунду. Вот он, еще один способ обхитрить время – все время удивлять самого себя. Рядом с Морганом Вайя чувствовала себя беззащитной. Словно она бумажный кораблик, привыкший к маленькой бумажной речушке, вдруг волей судьбы попавший в бурлящий океан. Ей не выжить. Бумажные кораблики тонут, разбиваются о волны. Но какая разница?
Вайя посмотрела Моргану прямо в глаза. Они казались кромешно черными. Ночь проглотила его зрачок. Черная желчь. Желтая желчь. Неужели они похожи? Даже если они оба сосуды с идентичными веществами, взрывы будут разными. Какие у него жесткие губы. Кожа сухая, как пергамент. Лица вообще похожи на пергамент. Бери и читай. Только язык неизвестный. Вглядывайся сколько угодно, если нет словаря – в конечном счете прочитаешь самого себя. А словарь у каждого личный, никто не даст попользоваться. Не дураки вокруг. Разве что только поцелуй…
– Дай руку, – сказал Морган.
Он снова оказался слишком близко.
– Ложись на воду. Она тебя вытолкнет. Ты такая легкая. В тебе много воздуха. Бояться нечего.
«Легко сказать, – подумала Вайя. – А ведь какая романтика…»
– Ты не здесь! – оторвал ее от размышлений голос Моргана. – Голова тяжелая. Сосредоточься на ощущениях.