Слегка отстранившись, но не отпуская ее, он пробормотал:
– Дай волю чувствам, Брайанна. Перестань думать и рассуждать – просто чувствуй.
Господи, а что еще ей оставалось? Его мощь, сила и воля, вкус и прикосновение окутали ее, вызывая желание прильнуть еще ближе. Любое расстояние, всякое препятствие вызывало досаду. Уже ничего не существовало, Кроме жгучей, настоятельной потребности прижаться к нему, стать единым целым и получить от него сущность самой жизни.
– Атрей... – Имя слетело с ее губ, как жалоба и молитва. Пальцы впивались в его плечи, страсть уносила все дальше. Прижавшись спиной к стене, Брайанна чувствовала, как прохладный воздух овевает ее ноги, а губы Атрея, его жаркие, умелые губы... вдруг оказались далекими. Нет, это невыносимо! Как он мог? Она...
– Это безумие, – простонал он, и Брайанна слегка приободрилась, обнаружив, что безжалостная потребность сжигает не только ее.
Атрей поспешно отступил, не сводя с нее глаз. Тяжело дыша, он пригладил спутанные волосы.
– Боги, даруйте нам попутный ветер по дороге в Акору! Из этих слов Брайанна сделала вывод, что ему не терпится скрепить союз... и уложить ее в постель. И была вынуждена признаться, что она разделяла его желание – какое все-таки невыразительное, бледное слово! – хотя и ужасалась этому.
– Атрей, я должна...
Что это было – случайное, минутное совпадение или знак капризной судьбы? Но внезапно уединению пришел конец. Весело болтающие Кассандра и Джоанна показались в дальнем конце зала, за ними следовали Ройс и Алекс. Обе пары выглядели довольными и бодрыми, уже готовыми к вечернему торжеству.
Брайанна на мгновение отвернулась, стараясь взять себя в руки. Скрыть, что произошло между ней и Атреем, она не надеялась, но гордость требовала от нее хотя бы формального соблюдения приличий. Постояв спиной к остальным ровно столько, сколько позволяла вежливость, она принужденно улыбнулась и обернулась.
Джоанна и Кассандра дружно ахнули. Их мужья замерли на месте.
– О Брайанна! – воскликнула Кассандра и просияла. – «Слеза небес»!
– Ей к лицу, верно? – вмешался Атрей, не давая сестре продолжить. – Надеюсь, Брайанна согласится взять его себе.
– Согласится? – Джоанна перевела взгляд с него на Брайанну, едва справляясь с изумлением. – Да, конечно, но... что это значит?
– Принимая важные решения, порой не мешает задуматься, – словно невзначай заметил Алекс, сдерживая усмешку. Судя по всему, Атрей предположил, что женщину можно подчинить себе силой.
– А не бросаться в омут головой, – подхватил Ройс, тоже улыбаясь. – Это попросту неразумно.
– И я так считаю, – согласился Атрей тоном человека, признавшего свою ошибку. События развивались совсем не так, как он надеялся, но он был твердо уверен, что все закончится, как и было задумано. Брайанна станет его женой. Это она являлась к нему в видениях. Ее обдавал жар его рук. Нет, его избранница – Брайанна, сомнений быть не может.
На радостях он был даже готов дать ей время примириться с неизбежным будущим.
Но совсем немного времени.
За высокими окнами опять падал снег. Пламя весело взметнулось в гигантском каменном камине, занимавшем весь северный угол зала. Свечи в высоких серебряных подсвечниках освещали длинный стол под белой скатертью, уставленный посудой.
Ароматы сосновой смолы и древесного дыма смешивались с благоуханием праздничных кушаний. На ужин подали гуся и еще дюжину прекрасно приготовленных блюд – по меркам принца-регента, трапеза не заслуживала внимания, но среди присутствующих не было чревоугодников. Брайанна почти ничего не ела – и не потому, что у нее отсутствовал аппетит. Она просто забыла о нем. Мысли об Атрее... о себе и Атрее... об Атрее... не давали ей сосредоточиться. Достаточно было взглянуть на него, чтобы снова ощутить жаркую волну желания, не похожего ни на какое другое. Сказать по правде, волна накатывала и сама собой. Хватало одной мысли об Атрее.
Она подняла бокал, рассеянно отметив, как искрится в нем жидкость соломенного оттенка, и пригубила его. Напротив Атрей засмеялся словам Ройса. Человек, которого еще совсем недавно Брайанна считала суровым и серьезным, держался непринужденно, весело и обаятельно.
Этот сильный и решительный воин и охотник привык добиваться своего. И вместе с тем умел быть нежным, забывать о делах, проявлять неиссякаемое терпение. Он предложил ей руку и сердце, страсть и многое другое.
Что это такое – быть не только женой Атрея, но и супругой государя Акоры? Что от нее потребуется?
Вино приятно холодило горло, глотать его было гораздо проще, чем думать о власти. Сама мысль о ней внушала Брайанне отвращение. Но если поддаться внутреннему голосу и вдруг обнаружить себя на вершине власти...
Что же будет дальше?
Брайанна вздохнула, повертела бокал за тонкую ножку и оглядела соседей по столу.
Праздничный ужин закончился печеньем, грушами в сиропе, фруктовым кексом под белым марципаном и сладким вином – четвертым или пятым по счету. Брайанна отказалась почти от всего угощения, но ни на минуту не пожалела об этом. К концу ужина у нее поднялось настроение. Настолько, что она даже не понимала, почему села за стол в таком напряжении.
Посуду убрали, собравшиеся пересели к камину, куда сложили подарки. Одни были завернуты в яркую ткань, другие уложены в изящные шкатулки.
– Сначала самый большой! – объявил Ройс и указал на таинственный сверток – такой огромный, что он не поместился на столе. Лорд Хоукфорт легко поднял его и положил перед женой. – Это тебе, Кассандра, – добавил он.
Она легко сорвала обертку и радостно вскрикнула, обнаружив под ней великолепное лоснящееся седло.
– Это подарок на будущее – для тех времен, когда ты снова сможешь ездить верхом так часто, как раньше, – объяснил ее муж. И грустно заключил: – То есть носиться, как ветер. Только пообещай никуда от меня не уезжать.
– О, Ройс... – У принцессы увлажнились глаза. Она слабо улыбнулась и обняла мужа.
Немного погодя пришла очередь Ройса удивляться: жена преподнесла ему... Что бы это могло быть, гадала Брайанна. Загадочный предмет имел размеры переносного письменного стола – фут в ширину и два в длину. Но его высота достигала двух футов, и состоял он из множества подвижных металлических частей.
– Догадайся, что это? – спросила Кассандра у мужа. Ройс нахмурился, оглядывая подарок со всех сторон.
Внезапно его озарило, и догадка .вызвала восторг.
– Паровой двигатель? Это он и есть? Модель двигателя?
Кассандра просияла:
– Да, да, и мне пообещали, что он будет работать. Можешь изучать его, сколько душе угодно, а потом сделать второй такой же.
– Не знал, что ты интересуешься двигателями, – удивился Алекс.
– Само собой! Сила пара еще произведет революцию, вот увидишь.
– Прости, дорогой, – с усмешкой вмешалась Джоанна, протягивая .мужу небольшую белую шкатулку, перевязанную алойлентой. – Мой подарок не такой современный.
Но это не расстроило Алекса: в шкатулке он обнаружил набор шахматных фигур из темно-зеленого нефрита и черного оникса, а к ним – складную доску на хитроумных петлях.
Его подарок Джоанне ошеломил всех, но особенно саму Джоанну. Раскрасневшись от смущения и сияя, она призналась:
– А я и не подозревала, что ты знаешь... Алекс рассмеялся и запечатлел у нее на лбу легкий поцелуй.
– Думаешь, я не знаю, куда моя женушка стала тайком ускользать в последние месяцы? А потом возвращаться с мазком угля на щечке?
– Правда? О Господи! – Джоанна зарделась и объяснила остальным: – Я рисовала. Это ты во всем виноват, Атрей.
Ее зять засмеялся, не сводя с нее полных любви глаз.
– Вот как? Как же это меня угораздило?
– Ты заставил меня осознать, что это не блажь, не прихоть. Творчество необходимо нам как воздух. – Она перевела взгляд на деревянный ящичек, преподнесенный супругом: внутри лежали палочки угля, цветные мелки, краски, кисти и листы бумаги. – Спасибо, милый, – с чувством выговорила она. – Непременно займусь совершенно непрактичным делом!