– Нам заняться приготовлениями к погребению? – осторожно напомнил о себе кастелян.
Отвлекаясь от мрачных мыслей, лорд снова взглянул в сторону двери. Он смотрел и словно никого не видел.
– Милорд?
Сэр Лотар дернул головой, в его глазах мелькнула искра злости.
– Нет! – отрывисто бросил он. – Положите тело в крипту. Больше ничего делать не надо, – И уже значительно тише, обращаясь только к себе: – Вот пусть и покажут свое могущество, а иначе никаких больше договоров…
Сделав вид, что не расслышал последнюю фразу (некоторые вещи лучше не знать простым людям) кастелян откланялся, оставляя господина наедине с горем.
Однако лорд и не думал горевать. Наоборот, идея, только что пришедшая в голову, вызвала слабую надежду, что еще не все потеряно. И что есть шанс исправить произошедшую трагедию.
– Эй, кто там?! – властно кликнул лорд.
В дверь немедленно просунулась голова стражника в металлическом шлеме. Двое латников всегда дежурили от входа в покои его милости.
– Милорд?
– Немедленно пригласи ко мне леди Хель, – резко приказал лорд.
– Да, милорд, – голова стражника исчезла.
Из коридора послышался торопливый топот. Звякнуло железо, донеслись какие-то крики. Кажется, солдат столкнулся с кем-то из слуг и обругал последнего за неуклюжесть.
Ждать пришлось долго. Та, что гостила здесь под именем «леди Хель», не торопилась на встречу с хозяином замка. Сэр Лотар ожидал подобного поведения, потому не слишком разозлился, хотя при иных обстоятельствах, с большим удовольствием бы приказал своим дружинникам притащить дерзкую бабу, намотав длинные волосы на латную перчатку.
Падшая богиня явилась не одна, свита из двух дочерей – Нииры и Исииры следовала позади двумя безмолвными призраками.
Без особой радости оглядев трех черноволосых женщин (две чуть помоложе, одна постарше), лорд Ройс процедил:
– Полагаю вы уже слышали последние новости о моем сыне?
Он понимал, что следовало вести себя более вежливо, но страшная весть смела последние следы осторожности, оставив лишь тлевшую ярость.
– Да, до нас дошли слухи о возвращении одного из отрядов, – величественно ответила не самая старшая, а ее спутница – Исиира.
Молчание главной богини еще больше разозлило сэра Лотара Ройса. За кого они его принимают? За бестолкового мальчишку, с кем можно разговаривать сквозь зубы?! Что эти потусторонние твари себе позволяют?!
Каким-то чудом ему удалось сдержаться, хотя правая рука почти дернулась к висевшему на поясе клинку.
Сейчас бы выхватить верный меч, да рубануть сверху-вниз, с оттягом, разваливая тело наглой шлюхи напополам. Чтобы знала, как надо разговаривать с владетельным лордом.
Небольшое движение не укрылось от глаз старшей богини. Безжизненное лицо, чем-то похожее на мраморную маску, медленно повернулось к лорду.
– Твои амбиции подвигли тебя на сотрудничество с нами, смертный, – прошелестело существо, мало похожее на живого человека, – не забывай этого.
Лотар с силой сжал челюсть. Да, он сам согласился приютить опасных гостей. Сам. Никто его не заставлял, не подталкивал.
– Намерения требует жертв. Большие намерения требуют больших жертв. Вопрос лишь, в том, готов ли ты заплатить эту цену? – создание в теле темноволосой женщины приблизилось, ее голос, тягучий и горячий, превратился в жаркий шепот. – Ты хотел больше власти, ты ее получил. Под твоей рукой уже три замка. Два лорда преклонили перед тобой колено. Влияние твое растет, как и сила. Ты же не думал, что получил это бесплатно?
Пальцы Ройса впились в ладонь, ногти пронзили теплую плоть, по коже побежали струйки крови. Ему захотелось кричать.
– Разве мы не предупреждали тебя, что это опасно? Разве не говорили, что твоя жажда власти не останется без последствий?
Голос завораживал, проникал внутрь, вызывая в глубине души памятный разговор при первой встрече с созданиями, прибывшими из Эфира.
Да предупреждали! Да говорили! Все так. Когда он потребовал помощи в достижении своих целей, ему сразу указали, что это не пройдет без последствий. И что смертному придется за все заплатить. Рано или поздно. В том числе за власть. Особенно за власть.
Таковы правила игры. Ты ставишь на кон все и получаешь шанс сорвать куш, обретя вожделенное могущество. Но за это всегда взимается плата. В том или ином виде.
Выходит, Людвиг был ценой, которую отец заплатил за свое возросшее влияние. Падшие не обманули, они и впрямь всего за несколько недель сделали так, что два соседних лорда присягнули на верность новому господину, безоговорочно признав его главенство. Невиданное дело для прежних времен.