При общении с ними создавалось жутковатое впечатление, будто разговариваешь с чем-то что только притворяется живым, что не в силах постичь человеческий разум. Это сильно тревожило и действовало на нервы.
– Мы не ведем войну, – тихо прошелестел голос брата Фабио.
Флегматичный толстяк, которого он изображал, в исполнении хаосита смотрелся карикатурой на благообразного служителя одной из старых богинь.
– Да? А я думал…
– Ты неправильно думал, – чуть резче чем следовало для существа слабо знакомого с людскими эмоциями, бросила Клара Шенриз.
Я приподнял руки в примирительном жесте. Не хотят обсуждать разборки со своими приятелями из Эфира, не надо. Должно быть избавление от конкурентов пошло не по первоначальному плану, вот и злятся. Если они это умеют и если это слово вообще применимо к существам подобного толка.
От ворот послышался шум. Когда выходил, велел никому за мной не идти. Во избежания так сказать. Зачем лишние жертвы? Но Пайк не послушал. Наемник, успевший надеть синдский доспех, выглядел решительно. За ним вышагивал десяток воинов, в броне, с оружием в крепких руках.
Клара и Фабио невыразительно посмотрели на строящихся в боевой порядок людишек. Для них они не угроза. Это не Хельвана с придурочными дочками и штурмового отряда во главе с дуэгарской ведьмой поблизости нет.
– Ну так что вы хотите? – я обернулся, сделал страшное лицо и дал знак Пайку не подходить ближе.
Правильно оценив мое выражение, наемник послушался, однако возвращаться в пределы замка не спешил, оставшись дожидаться у ворот.
– Поговорить, – тучный жрец сложил руки на пузе.
Сделал он это так естественно, что не приходилось сомневаться, что это привычка, сохранившаяся в теле от настоящего брата Фабио.
– О чем? Разве у вас других проблем нет? – я ткнул пальцем в затянутые хмарью небеса. – Ваша работа?
Непогода и не думала уходить, низкие серые тучи готовились извергнуть очередную порцию снегопада.
– Наша, – безмятежно признался толстяк.
– На то имелись причины, – добавила Клара.
Образ девушки в мужском одеянии, как ни странно ей очень шел. Только вместо громоздкого палаша повесить бы в ножны что-нибудь более изящное: шпагу, саблю или на худой конец рапиру.
– Хотите завалить Парящий город? – почти не сомневаясь спросил я.
Последовала короткая заминка, затем один из двоих все же неторопливо кивнул. Скрывать что-либо они не видели причин. Считали слишком незначительной величиной, которая уже никак не повлияет на раскрученную цепочку событий.
– Летающий град обречен, это лишь вопрос времени, – Клара смотрела на меня пустыми глазами, лишенными всяких человеческих эмоций.
– Как и Падшие? – язвительно спросил я, надеясь намеком на могущество другой стороны задеть собеседников.
Бесполезно. Укола как будто и не заметили.
– Как и Падшие, – спокойно подтвердил брат Фабио.
Проклятье. Что им надо? Не зря же сюда приперлись, когда у них сражение тысячелетия на носу.
И словно прочитав мои мысли, Клара сказала:
– Нам нужен меч Шахода.
Оп-па. Неожиданный финт. А меч им зачем? Никогда не поверю, что у них нет игрушек покруче.
– Меч Шахода? – изображая дурачка протянул я, пытаясь выиграть время. А сам лихорадочно соображал к чему это все.
Они начали разговаривать, а не выдрали эфирное оружие из меня силой, параллельно разорвав на мелкие атомы. Значит что? Правильно, меч можно отдать только добровольно. Это плюс.
Однако на этом преимущество и заканчивались. Если этим потусторонним ублюдкам клинок понадобился так сильно, что они приперлись сюда лично, то явно пойдут на все, чтобы им завладеть.
И тут меня осенило.
– На кого работает Йогар-гал?
Уголок рта Клары дернулся, лицо Фабио страдальчески искривилось. Все же не полные куклы, иногда можно пронять.
Похоже я попал в точку, раз последовала такая реакция.
– Ни на кого. Он работает на себя, – неохотно признала Клара Шенриз.
– Он стащил меч, – догадался я и широко ухмыльнулся.
Оказывается, божок многим успел насолить. Не удивлюсь, если в конечном итоге мелкий засранец окажется на коне.
– Да, он украл меч Шахода. У него не было права его забирать, – угрюмо признал брат Фабио.
Картинка постепенно складывалась. Йогар-гал с самого начала играл за себя. Не исключено, что и в плен к Гренвиру он попал не просто так, а чтобы следить за древним алхимиком. Наверняка неким образом проведал, что старик работает на Отверженных и решил к нему присмотреться. Это многое объясняло.
– Он хочет занять ваше место?