Соня машинально выдвинула глаз и осмотрелась.
- Нет тут никого, - раздражённо констатировала она через некоторое время и в сердцах топнула ногой. – Ишь… Вздумал пугать! Врёт он всё! И Ключ у нас в безопасности!
- И, тем не менее, он в чём-то прав, - вздохнул Захар. – Уходим отсюда. Быстро.
- Да уж. Уже семнадцать минут двенадцатого, - подхватила Алёна, первой устремившаяся за ушедшими «Драконами». – Если мы хотим попасть в семицветный зал, то…
- Мамочка! Ты просто прелесть! – ахнула Вероника, догоняя её. – Конечно, мы хотим! Ведь хотим же?! – обратилась она за поддержкой к уже идущим рядом Захару и Соне.
- Конкретно и настойчиво. Да и прятать свои намерения нам точно поздно, - улыбнулся Захар, поднимая фонарь повыше над головой. – Все и так уже в курсе наших незапланированных экскурсий. Так, кажется, это выглядит со стороны?
Так! – подтвердили портреты на выходе из библиотеки, благосклонно взирая на пробегавших мимо них трусцой юных исследователей во главе с рыжеволосой женщиной. Так, так, - согласилось чучело медведя, вставшее на дыбы у входа в зал семи рыцарей, до которого они добрались за семь минут, притормаживая у поворотов и ускоряясь на прямых отрезках пути. Школа с её обитателями давно спала или старательно делала вид. Замок же с его призрачными жильцами спать и не собирался. Вероника так и не отделалась от чувства, что за ними постоянно кто-то наблюдает. И если это не опять шутят «Драконы», то кто?
4
- Пора команду создавать - юных открывателей и входоискателей, - улыбнулась Алёна, наблюдая, как лихо Захар «откупорил» очередную закрытую дверь.
- По-моему, она уже давно существует, - тут же откликнулась Вероника. – Мы лишь оттачиваем мастерство и расширяем свои возможности.
- Школа бы выстояла, а то для тренировочного полигона она не очень-то подходит!
- А мы осторожненько! – улыбнулась в ответ Вероника, заходя в зал. – Ни пылиночку не заде…
Она не успела договорить, сходу налетев на доспехи ближайшего рыцаря, замершего неподалёку от двери. Чудом не упала сама и не выпустила из рук Золотой Ключ, ещё большим чудом подпёрла плечом накренившуюся металлическую фигуру, со зловещим скрежетом теряющую равновесие. Впрочем, если бы не Захар, посещение ими очередной достопримечательности стало бы событием для всей школы. Весьма и весьма громким.
- Брось, а то уронишь? – пряча улыбку в пухлых щёчках, поинтересовалась Сонечка, прикрывая двери, но Ника так покаянно вздохнула, что подруга махнула рукой. – Ладно, вроде бы никто не слышал.
- А почему этот железный дядька стоит так близко к входу? Прямо на дороге, – пробормотала девочка, обращаясь скорее к экспонату, нежели к своим друзьям.
Она ещё что-то хотела добавить в своё оправдание, но тут Захар зажёг свет, и все слова так и остались несказанными – арочно-резное великолепие оглушало и завораживало. Стены были облицованы камнем, серым с густо-алыми разводами, столь красивым, что глупо было бы завешивать его гобеленами или полотнами, лишь по периметру помещения, вдоль пола и потолка, шла сложнейшая вязь из золотых рун и трилистников. Стоило ещё добавить, что зал семи рыцарей был огромен, при желании по его напольным плитам, розовым с пурпурными прожилками, можно было гарцевать верхом, что, наверное, в свое время и собирались сделать трое из семи воинов, сидевших на рослых вороных скакунах. Чучела коней были выполнены столь искусно, что казалось, в глазах животных отражается не свет боковых светильников, а горит само пламя жизни, расчесанные гривы жаждали ветра, под лоснившимися шкурами бугрились мышцы. Полное облачение рыцарей ещё более добавляло ощущение присутствия: доспехи полностью скрывали тайну – есть ли кто-нибудь внутри них? Вероника с трудом подавила желание подойти поближе и постучать по начищенному нагруднику или приоткрыть забрало, чтобы уж наверняка – а вдруг в каком-нибудь из них действительно окажется бессменный владелец? Воображение тотчас же услужливо нарисовало скалящееся в улыбке обтянутое коричневой кожей лицо. Девочка машинально придвинулась поближе к остальным исследователям. Ещё раз осмотрелась. Итак. Три конных фигуры на небольшой музейной платформе - у дальней стены под растянутым полотнищем боевого знамени, и по две – справа и слева, между стрельчатыми витражными окнами. Итого – как и положено, семь. У каждого рыцаря, как у настоящего франта, имелась своя отличительная черта, свой неповторимый стиль. Их латы были испещрены сложнейшими не повторявшимися узорами, изображавшими не только символы и узорчатое переплетение, но и целые легендарные сцены, сражения и поединки. Шлемы были украшены соболиными и лисьими хвостами. Оружие блестело позолотой и драгоценными камнями, может и поддельными, но смотревшимися ни чуть не хуже настоящих. Но основное внимание ребят тут же привлекли щиты – на каждом из них был нанесён герб яркого спектрального цвета.