А если предположить, что второй узел не будет стрелять, пока не действует третий, то от его альтернативного поискового воздействия можно защититься щитом. Сколько нас будет? Аэльев пятнадцать? Пятнадцать щитов. Всё равно лучше, чем аура из антизаклинаний, в десятки раз легче, но всё ещё на грани подъёмного.
Вот что с третьим делать? До паттерна я добраться не могу — он у меня ускользает, а стоит отпустить первый узел, то третий мгновенно морфирует. Да и времени нужно часа три, чтоб паттерн достать. Столько мне первый узел не удержать. Может кто-то помочь может? Луанна не сможет, Сеамни тоже, Микель и подавно. Марьяна… Если и да, то обучать её моему заклинанию я буду дней пять, а значит смысла в этом нет.
Что же делать с третьим узлом?
Перед сном я опустошил голову и волевым решением заставил себя погрузиться в глубокий сон. Когда я открыл глаза среди ночи, то вдруг во тьме смог разглядеть, сквозь туман, очертания крыши, которые становились всё чётче и чётче. Слёзы залили глаза — я проморгался и чёткость зрения дошла до приемлемой отметки.
Надо мной была деревянная балка, а на ней сидела мышь. Была ещё пара часов до рассвета, лишь свет синей луны лился в окно и подсвечивал именно сидящую на балке мышь. В углу спал крылатый змей, которого я ни разу до этого не видел. Он повесил своё тело на соседнюю балку, схватившись зубами за свой хвост и разложив крылья по балке в разные стороны — ему так было удобно.
Я встал, раскрыл одеяло и съёжился от холода. Колдовать я ничего не стал, дал своему телу напитаться холодом и дождался, пока зубы застучат, после чего оделся, накинув плащ. Время было уже под утро, как говорят люди в этой деревне 2 с половиной части ночи.
Я скрипнул дверью. Змей встрепенулся и запорхал крыльями, вылетев через трубу. Выйдя во двор я впервые увидел красоту этого места. Две луны теряли силу, где-то на горизонте разгоралось зарево рассвета, там, со стороны, где стоял Нуриен Юндил — Замок Древней, подсвечивая и его, и горы на фоне лёгким алым светом. Если там всходило солнце, то должно быть там был восход. Далеко, до самого севера тянулась горная гряда, прячась в утреннем лёгком тумане. Аннуриен стоял на возвышенности, с него хорошо просматривались леса и поля.
На севере так же грядой тянулись горы на сколько мог окинуть взор. Они стояли величественными сооружениями с шапками льда, сокрытые в тумане, покрытые лесами, враждебные для всех, в том числе и неразумных тварей. Горы тянулись к западу на сколько мог окинуть взор.
Я пошагал к храму.
Домики стояли ровненько, улочки были будто под линейку прочерчены, все дома делились на три одинаковых, без заборов, с одинаковыми крышами, одинаковыми окнами, будто под копирку.
Это место создали вместе с миром.
Дома были рукотворными, однако и не только. Я знал, что их сотворила магия, но магия не умеет творить что-то неправильное. В этих домах, в каждом из трёх типов, были косяки: там окно низко вырезали, тут дверь поставили на два завеса вместо трёх и у кого-то она уже покосилась, а где-то фундамент был залит слишком низко и с угла могла подтекать вода. Магия не творит такого. Тот, кто создаёт магией, должен продумать всё и сразу. Это косяки строителей, а значит дома изначально были построены аэльями, и лишь после воссозданы при помощи магии.
Храм был отдельным строением, выполненный из огромных каменных глыб, с высокой часовней и медным колоколом с большим языком. Он походил на крепость, однако опять же видно было, что изначально в конструкции ворот не было. У арки ворот камень будто отличался. Я подошёл ближе, стёр часть штукатурки — действительно, камень у ворот был красным, а остальной — белым. Рваная линия стыка говорила о том, что сделано это было магией и на скорую руку. Я всё же решил позволить себе зайти внутрь.
Статуя, которую я ни с кем не спутаю. Чёрный собственной персоной. Всё тот же балахон, всё так же накинутый капюшон на лицо, видна лишь чёрная борода с пядь длиной. В руке посох, обычный, для странствий. Сильным магам не нужны причиндалы. Тут я чувствовал, что за мной следят наиболее внимательно. Вернее я знал, что за мной следят всегда, не могли не следить, однако обычно я этого не ощущал. Сейчас же я ощутил лёгкое присутствие чьего-то взгляда, чей-то ауры, которая касалась моей. Однако они, эти загадочные наблюдатели, никак себя не проявляли. Искать их сейчас всё равно что черпать ложкой у берега в океане в надежде вычерпать кита. Ты знаешь, что кит там есть, а дальше-то что?
Я вышел из храма.
Я, наконец, видел деревья с облетевшей листвой, покрасневшую эльфийскую лозу за пределами Аннуриена, видел светлеющее небо над головой. И меня осенило. Третий узел не нужно видоизменять, нужно лишь сделать его поисковые чары видимыми, чтобы я мог от них уклониться!
Осталось только разобраться со щитом или идти в этом случае одному. Одному идти очень сильно не хотелось, так как риски возрастали значительно.
Солнце к тому моменту осветило часть леса, который стоял в золотых и красных тонах. Лиственный, с эльфийскими лиственными деревьями, названия которых я позабывал все, кроме Ирил Улиш — золотая берёза. Лес переливался красками огненного и золотого, загораясь пламенем в горящем от солнца тумане. Где-то над лесом летала рух, вырисовываясь в тумане тёмным силуэтом на фоне светлеющего неба. Где-то в отдалении кричал какой-то зверь. С запада шла большая туча, которая несла в себе очередные несколько дней проливного дождя.
Нуриен Юндил блистал чернотой мрамора. Замок был чёрен словно сама тьма. Было в нём во всём что-то тёмное. Создательница явно питала какую-то страсть к этой фракции магии, ибо взламывая защиту я пробирался именно через сплетения тёмных чар. Не только тёмных, но в основном это была именно магия тьмы. Крепостная стена находилась на отвесной скале, к которой вела узкая, в три лошадиных крупа, горная тропа, по обе стороны которой был обрыв. Ворота опущены, я это отсюда видел. За крепостными стенами сразу возвышалась пристройка, а за ней высокий донжон замка со сверкающем шпилем.
Зачем мне был нужен этот замок я уже как-то упоминал. Его защита была мне сейчас жизненно необходима, до тех пор, пока я не подучусь и не окрепну, чтобы принять на себя прямой удар мага, вроде Ишиана Рихара. Судя по самоуверенности такие маги если и были в этом месте, то было их сравнительно немного, иначе сам Ишиан не был бы на столько уверен в своей невменяемой крутости и не стал бы разбрасываться высокопарными фразами.
Постояв так какое-то время, вдыхая морозный и сырой воздух, я пошагал к своим на построение.
Может быть Микель и прав и слишком рискованное это занятие? Придержать первый узел, наложить на себя щиты от второго, подсветить третий узел и заблокировать четвёртый. На словах просто, а на деле пока всё ещё на грани возможного. Если бы не уверенность, что одному туда лучше не соваться, то на одну, последнюю проблему было бы меньше, и даже в таком варианте были большие проблемы: удержать первый узел дольше чем на пять минут мне не удалось; понять, что делает четвёртый — тоже; разобраться полностью во втором так же не вышло, ведь кроме проклятья он имеет ещё какое-то применение. И главное — что ждёт внутри?
Впрочем как я считаю свою задачу выполнимой, так и Микель считает выполнимой свою. Никогда не недооценивай аппонента по спору. Может быть можно опустить молнию в банку так, чтоб она не потухла?
А может быть можно в банку опустить второй узел, вместо того, чтобы по банкам рассаживать нас?
Я остановился и расхохотался.
— Ну можешь же, когда захочешь, — похвалил я самого себя и уже бодрее пошёл на построение.
Люди, в основном люди, ибо орки уже успели свалить в Андремуэрмар, подтягивались со своих жилищ и их становилось всё меньше. Желтолицый Мумба сказал, что отныне он будет мясником и охотником, и на сомнительные мероприятия его лучше не звать. Нюхт Либриц, залечивший трудами Марьяны, которую попросил Френк, свою ключицу и раздробленную ногу, сейчас подкатил к какой-то девахе и тусит в чужой семье, забыв про то, что когда-то был следопытом. Он сказал, что нашёл своё место и там и останется. Хапун подходил, говорил что слышал, будто в деревне есть человек, который собирается строить электростанцию. В общем я так понял что Хапун собрался к Леголасу Элейезскому. Лампорт тоже отошёл от дел, прибившись к Бжеговичу. Они планируют выпускать календари, но для этого нужно отправиться в Анатор и договориться на поставку бумаги.