Дело пошло легче, хотя хватку она не ослабила. Продираясь через боль и сопротивление магических щитов, я оказался вновь в своём теле, увидев перед собой Луанну. Маленькая чародейка сидела на коленях подле меня, её волосы падали на глаза, она их поправляла.
Косяк на косяке.
Я выдохнул:
— Ты вовремя. У меня всё под контролем было, просто не заметил замыкающих чар, — я будто оправдывался.
Я на самом деле выбрался бы, но до самого утра остался бы овощем в попытках привести себя в норму, и стоило бы это нам дополнительные сутки, а может даже двое.
Она смотрела на меня, не разговаривая. Милое смуглое личико с большими карими глазами и острыми скулами. Гладкая кожа, тонкие губы, ямочка на подбородке.
— Что ты тут делаешь? — задал я вопрос, хотя уже по её взору понимал, зачем она пришла.
Она потянулась ко мне, ни слова не говоря. Положила свою руку на мою, её губы оказались близ моих. Она приятно пахла — травами и древесной смолой. Рука её была такой тёплой и нежной. На этом приятные ощущения заканчивались и так же, как с едой, от которой я не получал особого удовольствия, секса мне не хотелось. Не с ней.
Я одной рукой взял её за плечо и остановил от такой внезапной попытки поцелуя.
— Что-то не так? — искренне удивилась она.
То же удивление, что сквозило в голосе той девчонки в Авалоне.
Её губы были так рядом, глаза смотрели прямо в мои, ничуть не смущаясь, на щеках румянец. Она подлезла ещё ближе.
— Да я тебе и объяснить-то не могу, — искренне пожал плечами я.
Она подумала, убрала руку, отстранилась, но всё ещё была в боевом настрое.
— Попробуй, — шепнула Луанна с вызовом.
При том, что я понимал, что как женщина она меня не интересует, моё тело отреагировало иначе и я возбудился. Пожав плечами, я взял себе время подумать. А почему бы, собственно, не развеяться в хорошей компании, повеселиться? Но внутри не получал однозначного ответа. Будто понимал, что радости это мне не принесёт, а отношения только запутает.
Но это было не главное.
— Я… — стал говорить я и почему-то понял, что ни разу не формулировал чётко, почему мне не нужна ни Марьяна, ни Луанна, ни кто бы то ни было ещё. — Я ищу кого-то, — стал я копать первопричину. — Не особенную, хорошую и уникальную — таких хватает.
Одновременно с этим я сверялся со своими внутренними ощущениями. Будто слово, которое вертится на языке, но ты никак не можешь вспомнить даже на какую букву оно начинается. И пока кто-то другой не скажет этого слова — не вспомнишь. Красные волосы? Родинка на щеке? Да вроде нет. А может и да. Всё так знакомо и чуждо одновременно.
— Я ищу кого-то конкретного. Я сразу пойму, что это она. И это не ты, извини.
Луанна сдержанно кивнула, нахмурившись, но удовлетворившись ответом.
— А если не найдёшь? — последний шанс.
— Не бывает так, — я ответил почти не задумываясь, опираясь на нерушимую уверенность в своих словах, возникшую внутри.
Миниатюрная чародейка смутилась, глаза её забегали по сторонам, избегая теперь моего взгляда.
— Ты тоже плохого чего не подумай, — принялась оправдываться она и покраснела. — Ты просто такой… — она покраснела ещё больше. — Я вообще таких не видела до тебя, по крайней мере, не помню. Понимаю, почему по тебе Марьяна так мокнет.
Она замялась. Я ждал.
— Я бы только попросила тебя, раз я уже пришла, — она потупилась. — В общем на другое я рассчитывала, — она теперь была как бурак. — Там места на сон не осталось. Можно я тут? Я больше не буду, я честно, — она закрыла лицо руками, совсем растерявшись.
Я пододвинулся ближе, обнял её, погладил по волосам. Ещё один ребёнок, за которого я взял ответственность и которого чуть не угробил, оставив на мосту. Страсть улетучилась, сменяясь чувством заботы.
— Конечно, располагайся. Я сегодня не буду спать.
Она улыбнулась, отстраняясь.
Мы тихо разговаривали какое-то время. Она лёжа в кровати, а я сидя на полу. Она рассказывала мне, что помнит, как училась магии в одной из академий по специальности защитных чар и оберегов. Что её исследовательская работа была направлена на то, чтобы выяснить, почему отпорный круг из соли является средней эффективности средством защиты от нежити, и что она уже не помнит, чем дело закончилось.
Расспрашивала меня про моё прошлое. Я мог лишь качать головой, отвечая то, что ничего не помню. При этом по вопросам магии я сам иногда удивлялся, какие тонкости я знал, однако же удивлялся, что на вопрос о соли и нежити не мог ответить сейчас. Спрашивала она меня про мои дальнейшие планы. Я ей честно ответил, что планирую ездить по разным деревням и организовывать их безопасность. А ещё, что скорее всего, сформированный отряд будет частью регулярной армии Аннуриена.
— Гарри, — бросила она в пустоту. — Я не знаю, что мне делать дальше.
— Живи, — отозвался я.
— Ты не понимаешь, мне не хочется жить.
— Понимаю. Найди смысл, он у каждого свой.
С минуту она молчала, а после вновь меня окликнула.
— Хочу уметь возвращать с того света, — горячо заявила она, садясь в кровати.
Глаза её горели огнём.
— Быстро ты смысл разыскала, — расхохотался я.
— Только… А что делать-то надо? Гарри, а ты меня научишь? — нашлась она.
Я уже было открыл рот, сказать, что не умею людей из Серой Пустоши вытягивать, но резко передумал.
— Да, научу, — улыбнулся я, нагло соврав.
Луанна улыбнулась в ответ и плюхнулась на подушку, натягивая одеяло чуть ли не до ушей. Буквально спустя минуту я услышал её мирное сопение.
Я провёл остаток ночи вглядываясь в темноту за окном и в глубины своих мыслей, завернувшись в плащ.
Я думал, вспоминал, анализировал, предполагал и отвергал, как я обычно это делал, а ещё параллельно я возобновил попытку разобраться в контролирующих чарах. Давалось это крайне с трудом и даже задача минимум — отключить защиту — выполнялась крайне медленно, не говоря о том, чтобы научиться этой защитой управлять.
Думал я про то, что Сеамни подтвердила свой дар, предсказав в деталях смерть Ворона. С другой стороны её предсказания никак не повлияли ни на что, да и никто не повлиял на его смерть. Я предполагал, что предсказание верное и Ворон умрёт, я держал это у себя в голове, но не ожидал этого так внезапно. Умереть от удара тупым предметом в голову, когда вокруг летают демоны с молотами — пожалуйста. А вот умереть таким же способом, когда вокруг мирные люди — совершенно другой расклад.
Меня поразила точность предсказания. Это не просто «ты умрёшь», а в деталях. Информация была проверяемой. Сами по себе предсказатели не редкость и помнил я, что любой укурившийся шаман может что-нибудь напредсказывать, но чтоб с такой точностью, такого я не помнил. Значило ли это, что Сеамни как-то связана с рыцарем в красном плаще?
Следующий вопрос возникал сам собой: как это работает? Предсказание — это видение картин из будущего. Опустим то, каким образом предсказатель видит будущее. Это может быть просто симуляция с заданными начальными параметрами, какую используют высокоразвитые цивилизации для просчёта, скажем, результата боя.
Странно другое: если брать симуляцию боя с начальными параметрами, то в процессе боя может пойти что-то не так — есть вероятность альтернативного развития событий. Что же казалось предсказаний, то они обычно сбывались. Если рассматривать только шаманские размытые предсказания, когда «змей словит мышь на рассвете, знаменую начало войны», где обязательно была метафора, за которой стояло вполне распространённое событие, то такие предсказания сбывались потому, что шансов не сбыться у них нет. Это как сказать, что однажды ты подбросишь монетку и выпадет решка.
И те предсказания, о которых я знал, сбывались с феноменальной точностью. Можно ли, как и в симуляции, повлиять на результат? Если разобраться, то сбывается пока только то, что не зависит от меня. За жизнь Ивана я не мог поручиться, хотя и отправил его сам, но не поехал с ним вместе. Смерть Ворона тоже входит в данную категорию, хотя уже и был с ним рядом.