— И что, твои двое получше моих двоих охранять будут? — пожал он могучими плечами, уже не шморгая носом, но всё ещё с красными воспалёнными глазами.
— А кто сказал, что они одни? Если условие принимаешь: десять Йенинов мне, семь Йенинов в пятерню на старшего и пять на помощника, а ещё по четыре на каждого, кто в их дружине будет — то может твои двое добавятся к моим, но вряд ли. Ты знаешь, что такое автомат?
— Это всё ваши штучки из будущего, — нахмурился Айко. — Свитки защиты да огненного шара — вот что я знаю. А ваших там автоматов. Знаю я, что такое автомат, — вдруг неожиданно согласился барон. — Бывали тут давече зелено-серые ребята: перестреляли мне больших пикусов в округе, что жизни не давали.
— Орки заходили? — переспросил я.
— Они самые. Мы вначале перепугались, а потом они сказали, что им пожрать нужно, а они работать могут. Дрова нарубили, воды натаскали, потом самый здоровый, Мсебишем кличут которого, нашёл на краю опушки Гнилого Кабана. Хах, кабана, представляешь! Сказал, мол, «тут одного Мсебиша хватит, так Гарри сказал». Парни рассказывали, как он бил кабана голыми ручищами, сломал тому бивень и бивнем раскроил черепушку!
Восхищению Айко не было предела.
— Так это ты Гарри? — придирчиво окинул он меня взглядом.
— Да. И то были мои ребята. Ганс с Мо не хуже будут. Ну что, идёт? Я ж цену не деру, сам понимаешь.
— А куда ж тебе эти деньги-то?
— Железо, порох, пули, броня, коней закупить, школу построить, — стал перечислять я, загибая пальцы.
— И что, не капли себе? — удивился Айко. — Да брешешь ты.
— А куда мне? Где я их тратить буду и на что. Мне ни еды, ни воды не надо, я ж бессмертный.
Айко громко рассмеялся.
— Да какой же ты бессмертный. Вот хоть ножом тебя ткну в глаз, ты и откинешься. И не будет больше графа.
— А хоть и ткни, — с вызовом бросил я, а сам уже плёл сложные чары, взламывая их ментальную защиту. Всех, даже Ника. Дело сложное, вновь заныла правая рука. Особенно когда я пытался вломиться в сознание тощей девочке.
Я достал кинжал с пояса, протянул его Айко.
Тот отказался.
— Тогда я сам. Дорогуша, отвернись, — бросил я девочке и та зажмурилась, спрятавшись за спину старосте, а я вздохнул с облегчением, так и не взломав её сознание.
Все видели, как я со всей силы всаживаю себе кинжал в глаз. Как брызнула алая кровь, как лезвие вышло из затылка, как я скривился от боли, как после дрожащей рукой принялся за рукоять вытаскивать кинжал. Видели, как восстанавливается глаз на месте пустой и уродливой глазницы.
Айко вскрикнул и вскочил со стула, не зная, куда податься, Ганс дёрнулся и побледнел, Ник заулыбался во весь рот.
На самом же деле не произошло ничего, но все охнули, метались.
— Видишь?
— Ну ты (шморг) даёшь, — у Айко снова потекли сопли. Он тяжело опустился в кресло. — Давай сюда бумаги. Но чтоб охраняли исправно (шморг)! — погрозил он мне пальцем.
Вереница заданий не иссякала.
Вечером я выдохнул и отправился к Микелю. Я заранее настраивал себя, что разговор может оказаться сложным. Дом его был похож на все остальные, но стоял на отшибе. На самом деле это был хутор в несколько домов, но рядом с алхимиком никто не селился, поэтому он занял все четыре. Ни в один дом меня Микель не пустил, сказал прогуляться вокруг деревни.
Мы шли и разговаривали, не повышая голос, но и с некой неприязнью друг к другу.
— Силами и законами Порядка нельзя взломать подобный барьер, — втирал он мне. — В Порядке есть Законы, которые даже Боги, великие Аэну и Аэти не могут нарушить. Не тебе их нарушать.
— Законы, выведенные такими же магами, как и мы? Беквех, Мари, Йонханг и Модо на сколько я смог запомнить их имена, верно?
— Они не такие же маги. Они величайшие маги своего времени, сумевшие прикоснуться к великому замыслу Творца и понять его.
— Скорее уж описать.
— Что суть одно и то же, — тут же оспорил Микель.
— Тебе рассказать, как я это сделал? — спросил я у него напрямую. — Ты считаешь себя сильным магом. Скажи мне, можно ли создать заклятие вне ауры мага? В ауре мага собирать силы можно — это никто не отрицает. Начало портала всегда строится в ауре мага. Боевые заклятья структурируются в ауре мага. Можно ли создать молнию на расстоянии километра, например, от себя?
Микель задумался и ответ ему не нравился, слишком сильным аргументом он был.
— Законы не запрещают подчинять частицы, до которых дотягивается сознание. Так работает телепатическая связь, — подтвердил он. — Значит можно.
— Почему тогда я не могу создать заклятье внутри закольцованности?
Я задавал простые вопросы, ожидал на них получить простые ответы. Микель даже рассмеялся.
— Потому что этому препятствует закон Беквеха-Мари о закольцованных заклятиях, очевидно же, коллега, — развёл он руками.
— Чем создание молнии за полкилометра от мага отличается от создании молнии за полкилометра от мага внутри чужого заклинания? — напирал я.
— Тем, что тут есть чужое заклинание. Оно не даёт…
— Само по себе? Что такое чары?
— Чары — это структурированные эманации силы.
— На сколько структурированные?
— Достаточно структурированные. Ты придираешься к определению. Сейчас я тебе точно скажу. Определение чар по Гюнтвегу Третьему Безродному. Чары суть структурированные в должной степени эманации силы, обладающие критериями локальности, стабильности и изменяемости. С последним он сам был несогласен и стремился создать постоянные чары.
— Отлично, не отходим от темы, пожалуйста, а то мы так и не закончим этот спор. Что означает «структурированы в должной степени»?
— Это означает, — начал он пылко, и на секунду задумался. — Это означает, что маг может определить, что поток структурирован, а не разрознен.
— Какой магией мы можем пользоваться?
— Частично структурированной, — отрапортовал он будто на экзамене и ему это не понравилось.
Я же покачал головой, вздыхая.
— Магия, излучаемая ихтусом, является чарами?
— Нет, в понимании этого определения.
— С чего же вдруг? Она конечна — на момент рождения ихтуса и до окончания его цветения, то есть она изменяема. Она структурирована — ты не можешь ей воспользоваться, но видишь её структуру. Она локальна — находится только на поле ихтуса. Ну и она стабильна как, наверное, ничто в этом мире, — я улыбнулся. — Однако на поле ихтуса можно колдовать.
— Это потому, что там плотность структуризации недостаточна! — тут же взбеленился Микель. — Ты цепляешься к определениям. В третьем параграфе той же книги по основам магии сказано, что… что на структуризацию влияет плотность, а не только форма структур. В плотном потоке колдовать нельзя!
— А что такое плотный поток? — задал я очередной вопрос.
— Почему ты задаёшь такие вопросы? Это я должен узнавать, — Микель был уже на взводе. — Плотный поток — это поток, в который нельзя встроить чары, вот и всё определение.
— То есть если чары можно встроить, то поток не плотный, верно?
Он искал подвоха, не нашёл, кивнул.
— Значит поток чар Нуриен Юндил был не плотный, раз я в него встроился.
— Нет, так не может быть! Закальцованные чары имеют максимально плотный поток!
— Прям так максимально? Ты ещё у дерева не был внутри Замка, я бы на тебя посмотрел, про максимально плотный поток.
— Ты просто игнорируешь Законы Порядка. Ты используешь Хаос в своих целях, а значит он использует тебя, — стал он петь старую песню.
— Никакой Хаос я не использую. Я тебе другой вопрос задам: почему за столько лет ты не обнёс Аннуриен охранными чарами?
— Мне некогда заниматься подобной глупостью, — буркнул он. — У меня исследования горят, я близок к самоподдерживающимся чарам, это будет открытие, которое изменит понимание самой концепции чар раз и навсегда.
— А мне кажется, нет ничего важнее живого ребёнка и счастливой матери, — высказал я своё мнение. — В общем у каждого свой взгляд на мир.