- нет, я лучше пойду, Максим Романович. – и хочется и колется, как говориться.
- Да, брось. Формально мы уже не начальник и подчиненная. Сбрось оборону. Пойдем – и настойчиво протянул руку.
- хорошо – спустя минуту я все-таки вложила свою руку. Гулять так гулять. А может это и есть мой шанс?
Выйдя на проспект, мы зашагали вдоль улицы. Руку мою мужчина отпустил, однако то и дело касался меня либо плечом, либо кистью. Как бы невзначай… Поначалу мы шли каждый в своих размышлениях, а потом… Максим стал рассказывать о своей жизни, об учебе в университете, как он начинал карьеру. Мы смеялись и шли по проспекту… словно давние друзья… вдоль сумеречных тротуаров, мимо фигуристых зданий, навстречу к чему? Или к кому? А потом он задал вопрос:
- расскажешь о себе?! – и вроде вопрос, а вроде целенаправленное подталкивание в нужном направлении.
Я понимала, что о чем он спрашивает. Не торопил, давал время. Что ж, теперь раунд за мной! И я выиграю на этот раз. Воспользуюсь шансом. Сломаю привычный стереотип жертвы.
Глава 7
«С ней так быстро все случилось,
Где с душой играли в бой
Осознать не получилось
Против ясной и живой...»[1]
Мы были обычной среднестатистической семьей. Мама не работала, воспитывала младшую сестру Юлю. У нас с ней 5 лет разница. Папа работал на заводе главным конструктором.
Я больше была близка с папой. Он души во мне не чаял. А младшая сестра с мамой. Я не понимала их некоторого отчуждения, поскольку мне с лихвой доставалась любовь отца.
Когда я была в десятом классе… я совсем забыла, что у нас лабораторная по биологии и нужно было принести какие-то семена, чтобы проанализировать их под микроскопом. А нужный магазин находился далековато от нашего дома. Я упросила папу съездить. За окном шел сильный дождь. Но он не мог мне ни в чем отказать – горько усмехнулась я. И мы поехали…
Мы двигались по прямой, я схватила его за руку, чтобы что-то сказать. Я всегда так делала, когда хотела поделиться своими идеями. А вот водитель, поворачивающий налево, нас не увидел или просто не смотрел… удар пришелся ровно в папину сторону. Смерть до приезда скорой помощи. Я чудом выкарабкалась…
На тот момент я думала, что мое состояние – это дно. Как в песне знаешь, «ангелы здесь больше не живут…». А нет… и со дна постучали. Мама с сестрой кричали, что виновата я. И кто о них теперь будет заботится и платить, и как они теперь будут жить с убийцей. Я чувствовала себя такой… грязной… мерзкой… виновной… ведь если бы не я, он бы остался рядом. Дома ко мне относились как к прокаженной, избегали, игнорировали. Каждый день я видела в их глазах презрение. Я замкнулась. Потухла. Перестала радоваться. Не справлялась. Мне казалось, что все вокруг меня осуждают: обычные люди на улице, мои одноклассники, учителя. Я тихо сходила с ума.
Вскоре мама вышла на работу. Вот только на зарплату учителя младших классов особо не разгуляешься с двумя детьми. От этого я становилась еще более ненавистной в глазах родственников. А однажды они поменяли замки, чтобы я не могла войти. Я стучала, кричала, чтобы впустили, потому что жутко испугалась: идти некуда, других родственников нет, кругом чужие люди. Не знаю, что вдруг произошло, но мама все-таки открыла. Правда предупредила, чтобы съезжала в любом случае, когда закончу школу.
Кое-как сдав экзамены, я выбрала университет и факультет иностранных языков. Папа всегда хотел, чтобы я занималась языками. У меня с ними был «полный штиль».
Всю дорогу до университета я думала, как и что делать. Так мы и столкнулись, буквально, с Кирой. В тот момент я подумала, что может не все так плохо, как я себе воображаю. И люди вовсе не осуждают, а просто проходят мимо, каждый в своих переживаниях и проблемах. Вон эта девушка же подошла сама. И на протяжении четырех лет я гоняла эти мысли. Смотрела на людей. Даже ездила в метро. Но местами все равно натыкалась на злость и порицание. Махнув рукой, я сдалась.
Я бралась за любые переводы, что находила в интернете. И так со временем решилась на машину, чтобы особо не с кем не контактировать. Взяла кредит на свой миниатюрный черный логан, и вот до сих пор выплачиваю.
Иногда Кира вытаскивает меня в какое-нибудь местечко. Мы можем сходить в кино или в кафе посидеть в углу. А по особым случаям, вроде дня рождения могли и столик в ресторане заказать. Мои тревоги никуда не уходили, но то, что Кира была рядом, немного спасали ситуацию.