Пиала приятно грела руки. Я сделала глоток и прикрыла веки от удовольствия. Потрясающе вкусно. Напиток грел изнутри и немного притуплял тревогу. Или это сделали слова Уилла.
Пока он говорил, повернулся ко мне так, что свечи ярко осветили правую половину его лица.
Я увидела алеющий на ней след. Пару мгновений удивлялась, пытаясь понять, что это, а потом стало ужасно неловко.
Вид у анимага был невозмутимый и не сказать, чтобы расстроенный. Скорее, наоборот.
- Вы что-то хотели ещё спросить? – проговорил он, отпивая ещё чаю, и проницательно глядя на меня из-под очков.
- Как… гм… - я собиралась спросить, «как там Флавия», но ляпнула совсем другое. – ...у вас с Флавией?
Боги, провалиться мне сквозь землю! С тех пор, как один настырный маг заявил, что я слишком много молчу, я стала преступно много говорить.
Но его брата это, судя по всему, совершенно не смутило. Сомневаюсь, что после общения с Орвиком вообще можно сохранить этот полезный от природы навык.
- Всё отлично. Просто замечательно. Она уже на меня злится. Я на такой прогресс и надеяться не смел!
Уилл улыбнулся мечтательной улыбкой. И кажется, немного покраснел. Отчего пятно на правой щеке обрисовалось отчётливей… Флавия у нас левша.
Хотелось бы знать, за что она ему врезала. И почему его это так радует.
В углу комнаты за шахматным столом Ричард Винтерстоун пробурчал себе под нос:
- Боже, меня окружают одни идиоты… - и потом громче: – Лягушонок, ходи! Игра с тобой – единственное, что меня радует за последние дни.
Смущение никуда не девалось, я ёрзала и никак не могла найти себе места. Пиала с чаем была настоящим спасением, она хотя бы занимала руки. И я растягивала напиток, как только могла. С собеседником мне не очень повезло – судя по всему, я нарвалась на такого же неразговорчивого, как и сама. Знай, сидит себе, думает о чём-то и улыбается под нос. Наконец, видя, что он не слишком торопится поддерживать светскую беседу, я решилась ещё на один вопрос:
- У вас оказалась такая чудесная магия! А скажите… вы случайно, не умеете выращивать… цветы?
Ещё один понимающий взгляд через стёкла.
- Значит, вам понравились фиалки? Я старался. Орвик из меня всю душу вытряс, что нужны «самые прекрасные цветы для самой прекрасной леди».
Я поперхнулась чаем и покраснела, наверное, до кончиков волос.
Так и сидела вся красная, сгорая от неловкости и откашливаясь, когда дверь с грохотом распахнулась. На пороке, опираясь обеими руками о косяк, показался весь грязный по уши – одни зубы сверкали в его вечной улыбке – Орвик.
- Ничего не вышло! Охраняют лучше, чем задницу элара. Но у меня появилась идея, как… - И тут он увидел меня и запнулся. Продолжил на эллерийском, не отрывая глаз. – Исправить этот безнадёжно дерьмовый день.
Я зачем-то встала. Прямо с пиалой в руках.
Потом одумалась и медленно села.
Я что, правда сейчас хотела броситься ему навстречу и повиснуть на шее?!
Орвик смотрел на меня голодными глазами, словно готов был сожрать. От его весёлости и следа не осталось. Так смотрел, будто никого кроме меня в этой комнате нет. Так смотрел, что мне ужасно захотелось, чтоб так и было.
Люди смотрят. Опомнись, Ши. Приди уже в себя.
Я сделала глубокий вдох, чтоб успокоиться хоть немного, и опустила глаза. Судорожно вцепилась обеими руками в пиалу, на треть наполненную почти остывшим чаем. Надо собрать все силы в кулак чтоб изобразить светскую беседу, когда к нам присоединится Орвик. До его прихода я не чувствовала и сотой доли той нервозности, что сейчас. Стоило ему явиться на порог – и я вся один сплошной комок нервов.
Ни Ричард, ни Уилл почему-то не приставали к Орвику с расспросами. Вообще все сосредоточенно делали вид, что заняты собственными делами. В комнате разливалась тягучая, медовая тишина. Только время от времени Гаяни и её партнер по игре комментировали очередной ход вполголоса. Мой сосед справа увлечённо попивал уже вторую пиалу, отвернувшись к окошку с таким лицом, как будто там происходит что-то ужасно интересное. Хотя было уже совсем-совсем темно и ни зги не видно.
Я тоже изо всех сил изображала чинно-благородную гостью.
Из последних сил, если точнее.
Надо хотя бы попытаться сделать вид, что при виде этого мужчины меня не начинает трясти и мысли путаться, и кровь закипать так, будто эта его огненная магия дистанционным образом действует на меня изнутри.
Ничего, надо всего лишь прикинуться мебелью и помолчать! Орвик – не то, что я. Он мужчина, он стойкий, он точно сможет найти нужный тон разговора, чтобы не выдать, что мы с ним так близки и не поставить нас обоих в неловкое…