- Отпусти меня. Отпусти или я папе всё расскажу.
При слове «папа» Кроль разжал руки. Ирисса повернулась к нему лицом.
- Я запрещаю тебе что-то писать на чертеже.
Какие жуткие у него в эту минуту были глаза! Ириссе казалось, что он набросится на неё и сделает то, после чего обезглавленные трупы вылавливают в реках.
- Ты больной, - прошипела она, - ты больной. Ты украл у Лианы полмиллиона. И ничего. А тут всего четыре линии дорисовать... И ты обделался! Ты больной. Если ты не понимаешь, что кто-то умрёт под этим козырьком... Может, ты, может, я. Я по-другому скажу. Козырёк упадёт, будет скандал. И все скажут: «Ба, да тут колонн нет». Тролли сейчас знаешь, какие грамотные. И все спросят: «Кто сделал такой дурацкий чертёж?» «Лиана». А Лиана скажет: «У меня в чертеже колонны были, их убрала Ирисса». А я скажу: «Да, убрала, но я попросила Кроля их вернуть, а он испугался непонятно чего и решил так оставить». Будет такой скандал, что тебе и не снилось! Всплывёт всё. И полмиллиона всплывут. И как вы с папочкой миллиарды пилили... А крайним окажешься ты!
Кроль отшатнулся. Ему были невыносимы эти слова, этот взор похотливой Медузы Горгоны, этот острый запах. Эта девушка... Он отшатнулся и побежал. Без оглядки, без мыслей, беззвучно. Просто побежал, куда глаза глядят.
К Русалке тем временем пришёл Мрак. Его руки были пусты, глаза старались не встречаться с глазами Русалки.
- А где... - спросила она, подразумевая, что он должен был принести товар.
- Нет. И не будет.
- И чего пришёл?
- Ты же сказала.
Русалке хотелось верить, что Мрак пришёл посмотреть на неё. Но он пришёл не по этому. Он здесь, потому что она сказала быть в семь. А ничего не принёс, потому что не хочет торговать подпольным самогоном.
- На нет и суда нет. Мог бы не приходить, - замучено сказала Русалка.
Мрак был чутким и добрым. Женские слёзы и женское страдание будило в нём самые тонкие чувства. А Русалка, какая бы обезбашенная и наглая она ни была, оставалась женщиной. Красивой женщиной, которая в данный момент страдала. Он присел рядом.
- Что случилось?
Русалка пожала плечами.
- Ну, что? Говори.
положил руку ей на спину. И она возненавидела Лиану. Возненавидела её счастье, её сытость, их предсказуемую и полную мелких хлопот и радостей жизнь. Русалка ощутила себя такой маленькой, такой неприкаянной. Ведь это у Лианы случится что-то (пустяк какой-нибудь, каблук отвалится), Мрак положит руку ей на спину, скажет, как отрежет: «Разберусь» и пойдёт разбираться. А Русалку в бараний рог завернут, пропустят через центрифугу, измочалят и выкинут за ненужностью, и никто и не спросит, как ей. А то, что предложат помощь - за гранью фантастики.- Рана открылась. А мне плыть, - коротко ответила она и заплакала.
Мрак стал гладить её по спине. От этого Русалка плакала сильнее и сильнее. И, может, плакала ни сколько от того, что ей плыть с раной, сколько для того, чтобы он гладил её по спине.
- Не плыви никуда сегодня, - отрезал Мрак.
Конечно, она могла бы съязвить, что только такие как Мрак будут лежать на диване и жалеть себя, когда надо отправляться в путь, но не стала.
- Я все деньги твоей жене отдала. Я по нулям. Надо плыть.
Мрак не понимал это странное существо. Она ведь вообще могла бы не работать. Или развести рыбную плантацию и с неё кормиться всю оставшуюся жизнь. Этот мятеж, эта страсть попадать в передряги, отталкивали и манили его. Уж, наверняка, она плавает не из-за денег, которые глупо за неделю спускает на суше. Нет, её тянет её органика, её природа. То, что заставляет птиц полмира облетать, чтобы с юга попасть на север. Море - это её. Здесь, на материке, Русалка урод. Там она гений торговли и попутных течений.
- Зачем тебе деньги? Ты же рыбка. Ты бы могла плавать в море, рыбачить и жить вообще без ничего? - спросил Мрак.
Русалку его слова кольнули. Какая она рыбка? Она девушка. И девушка красивее его жены.
Я рыбка только наполовину, на малозначимую половину. В остальном я такой же тролль, как твоя Лиана.Русалка перестала плакать. Но Мрак с его мужской, не уклюжей нежностью, не ушёл. Он держал её за плечо и ждал, когда она ответит, зачем ей деньги. И Русалке, которая лишь наполовину была представителем морской фауны, а на большую часть обыкновенной девушкой, не умеющей противостоять по-отечески тёплой мужской силе, пришлось рассказывать.
А мечта её была самой простой и самой обыкновенной. В сущности, для всех прочих женщин это даже мечтой не было, а этапом... Самым важным этапом жизни. Она хотела ребёнка. Хотя бы ребёнка. Мужа Русалка хотела тоже, но мужчин-русалок не существовало в природе. Может быть, при том чудовищном эксперименте, жертвой которого её сделали, все мальки мужского пола погибли. А может, их вообще никогда не было. Тролли с Русалками жить никогда не станут. Да это и смешно, что Мрак бросит хорошую милую Лиану, уйдёт к Русалке ждать её из дальних странствий, пить с ней самогон и травить байки про политиков. Мужчины у таких не останавливаются.