- Ну и... вам, конечно же возместили расходы и моральные издержки?
- Вы смеётесь надо мной?
не понимала, почему Кроль так себя ведёт. Он, как будто копает под Главу. Или под Мрака, и что это за тролль с хмурым видом наблюдает за ними и всё записывает? Она только боялась, что их обложат штрафами. Но не должны - нет такого закона. Но обложат, это же Кроль. Когда допрос был закончен, Лиане протянули на подпись её показания в трёх экземплярах. Первый предназначался Проверочной, второй - царю, третий - главе города Забвения. Как здраво смекнул Кроль, тот обязательно настучит Царю.Кроль боялся, что телега на него придёт царю раньше, чем его телега на главу. Кроль был очень самолюбив и слишком близко к сердцу воспринял отказ Ириссы, мало того, он грезил о должности главы города также, как когда-то о должности главы Проверочной. И был уверен, что, в случае удачного момента из главы города сможет занять место царя. С его способностями это было вполне реально. Лиана удивилась, что её показания не искажены. Мало того, записано всё до деталей. Зачем и для чего? Неужели она только что утопила своего мужа?
От зоркого глаза Главы не ускользнуло то, что Кроль размазывает его перед главой города Забвения. И ему не надо было объяснять, как главы умеют стучать друг на друга. Он тут же из мэрии отправился домой собираться в столицу. Ирисса увидела, что отец в спешке кидает в чемодан вещи.
- Ты прям как на пожар, - заметила она.
- Кроль решил доложить царю о замке, как говориться, змея, пригретая на груди, обязательно ужалит.
- Что?
Ирисса была очень смелой и решительной, потому что всегда находилась в уверенности, что ей ничего не грозит. На этот раз грозило и не только её презираемому папаше, но и ей лично. Это ведь она убрала колонны у замка, из-за чего козырёк может рухнуть. И, если тряхнут папочку, он всё переписал на неё и маму, а если тряхнут ещё и её? У них же вообще ничего не останется. Да и ей статья не нужна, тем более такая.
- Это из-за меня, папа? - тревожно спросила она.
Глава остановился.
- Не переживай, как говориться, когда идёшь с войной на мечах, главное, чтобы у врага не было ружей. У нас они есть.
Глава кидал в портфель компромат на Кроля, зло сверкая глазами. Не-е-т утопать в одиночку он не привык. А Ирисса думала, что надо пойти к Кролю. В первую очередь, выкрасть чертёж, во-вторую очередь ... нет, обсуждать вопрос по браку ей вовсе не хотелось, но, может, дать понять, что тема вовсе не закрыта.
Глава увидел, как Ирисса рванулась к двери.
- Стой! - крикнул он, - Ирисса, если ты думаешь... Не дай ему нас напугать. Мы сильнее, понимаешь.
Ирисса стояла в растерянности и не хотела признаваться отцу, что готова замять спорный вопрос.
- Ирисса, как говориться, овчинка выделки не стоит. Ты дороже этой интрижки.
- Папа, Кроль не такой уж плохой вариант.
- Плохой, даже по сравнению с этим твоим старым педофилом. Понимаешь, как говориться, укусил за палец, откусит и голову. Деньги всего мира не стоят того, чтобы жить с существом, состоящим из фекалий. Грубо, но, как говориться, правда остра, да кинжал в спине острее.
- Папа, он нас разорит...
- Ирисса, пока я сильнее его. А он написал анонимку, чтобы выкинуть начальника и занять его пост, а сейчас на меня... За него нельзя замуж, обдерёт до нитки, понимаешь? Как говориться, хорош Федот, да не тот.
35.
- Я строиль. Ты рушиль, - сказал Амбар и отвернулся.
- Я разрушил башню, чтобы тебе, дураку, заплатили.
- Мне не платиль.
- Подожди.
- Тебе штрафы. Много штраф.
- И чего толку. У меня ничего нет, как они с меня взыщут?
- А ты умирай?
- Нет, я не умер, но я разрушу им всё, если они со мной так будут поступать. И с тобой тоже.
Леший видел, что урлаки неодобрительно переговариваются. Они не поняли, что он для них сделал. А он не понимал их. Урлаки думали, что будут строить и им должны платить. Но им никогда не платили. И они злились. Они думали, что можно побить начальника или начать забастовку. Но никогда, чтобы разрушить построенное! Ведь тогда заставят работать больше! А им надо, чтобы их быстрей отвезли домой и там они подадут в суд, чтобы им вернули всё, что у них забрали, потому что не должно быть такого закона, чтобы всё у них забрать.
А Леший думал наоборот: если он разрушит башню, он покажет, что номер с дармовым трудом не прошёл, и придётся платить. И делал он это для них, а они, неблагодарные, не понимают.
И, надо сказать ошибались урлаки, и ошибался Леший - никто никому ничего возвращать не собирался, а то, что он разрушил башенку, он этим только хуже сделал, потому что работать придётся больше. Но они этого не знали, потому что пришла Лиана со счастливым лицом.