- Никуда папочка не приедет. Он в столице. Они с Кролем поругались.
Маргарите Петровне надо было спешить на работу, да и Ирисса её раздражала. Но, если бы Маргарита Петровна не узнала, почему поругались глава и Кроль, это была бы не Маргарита Петровна.
- А чего они не поделили?
- Я не знаю, чего, - соврала Ирисса, - но папочка зарёкся выкинуть Кроля с места.
Маргарита Петровна намерено подошла сначала к Проверочной, хотя время поджимало, и надо было бежать в администрацию. Она достала скотч и стала неуклюже лепить листовку. Тут она нос к носу и столкнулась с Кролем. Маргарита Петровна приготовила оборонительную позицию, но тщетно. Кроль, глянув на листовку, только и произнёс:
- Ну и много записалось в ваше ополчение?
- Полгорода, - отрезала старуха.
На самом деле она немножко слукавила, в ополчение кроме неё записался её муж и Леший, а это, даже если не считать лесную живность и детей, порядка 1% жителей, а никак не половина.
- У вас здесь ошибочка вышла.
- Если ты про десять миллиардов, которые отправили царю...
Кроля чуть инфаркт ни хватил, несмотря на то, что ему было всего 28. Если Маргарита Петровна знает про десять миллиардов, завтра об этом узнает весь город. Однако, как всякий подлец, он своё предынфарктное состояние скрыл и невозмутимо отпарировал:
- Вовсе нет, я про своё участие. Если вы хоть что-то знаете о бюджете города, им распоряжается Глава. Мы же федеральная структура и кроме скромных крох, которые выделяет нам федеральная власть на необходимые нам расходы, ничем не заведуем.
- И на свои скромные крохи вы из Проверочной замок отстроили?
- Я не закончил. Также вы обвиняете меня и главу города в Геноциде, а это статья 76 уголовного кодекса, которая, дословно звучит как «массовое уничтожение живых существ путём физического, биологического и химического оружия». Другими словами, да будет вам известно, вы перепутали статьи уголовного кодекса. Если бы я вылил в реку, ну, скажем, тазик воды с химикатами, что повлекло бы массовый мор рыбы, вы бы вполне справедливо могли бы обвинить меня в нарушении 76 статьи.
Кроль недаром привёл пример с тазиком воды. Всем было известно, что в городе Трепангов вышла из строя канализация, и нет ни одного очистного сооружения, посему каждая женщина в городе (и Маргарита Петровна не была исключением), как минимум, раз в неделю, совершала такой геноцид во время самой обыкновенной стирки. Проверочная, естественно, закрывала на это глаза и никого не штрафовала. Однако же назвался груздём - полезай в лукошко. Впрочем, если бы перед Кролем стояла Лиана или какая другая обычная женщина, она бы давно испугалась и поспешила снять все листовки. Маргарита Петровна была крепким орешком. Она знала, что за канализацию и очистные отвечает администрация а, в случае невыполнения администрацией своих функций, никто не имеет права налагать взыскания на лиц, которые нарушают закон, страдая от последствий невыполнения администрацией своих функций. Во как! Надо читать законы грамотно, видя в них лазейки!
- Ты устаиваешь геноцид, вы лишили меня лекарств своим воровством! - отрезала старуха.
- Я вправе оштрафовать вас на 300 тысяч повторно за клевету в адрес должностного лица. И вы не сможете доказать, что я ворую. И тем более, не сможете предъявить ни одного факта геноцида с моей стороны, - предупредил её Кроль.
- А ты опять не сможешь доказать умысла и опять будешь оштрафован судом на три тысячи за необоснованный штраф и на две тысячи за превышение должностных полномочий, он меня ещё учить будет, - не сдавалась Маргарита Петровна.
Вкратце, если вы помните, Кроль оштрафовал Маргариту Петровну за то, что она обвинила его и Ириссу в любовной связи. Повесил он на неё 300 000. Однако на следующий день Маргарита Петровна закатила иск, в котором требовала миллион морального ущерба, а также пять тысяч за необоснованный штраф и четыре за превышение должностных полномочий. Прямая формулировка клеветы - это заведомо ложные сведения. То бишь, Маргарита Петровна должна была знать, что Ирисса Кролю никакая не любовница и иметь интерес в том, чтобы врать про них. Суд удовлетворил исковые требования Маргариты Петровны частично - немножко тряханул Кроля, но в моральном ущербе отказал полностью. И вы, наверное, спросите, почему за то, что бабка что-то не то брякнула, она попала всего на 300 тысяч, а максимальное наказание для чиновника, который нагло используя служебное положение, творит невесть что - аж четыре тысячи... Наверное, потому что во главе Великороссии стоял мудрый, честный и справедливый правитель, который, не стесняясь, положил себе в карман 10 миллиардов...
Поняв, что бабку так, с кондачка не возьмёшь, Кроль решил подойти по-сыновьи.