— Я слишком тяжелая, чтобы ты смог меня нести всю дорогу, — возразила она.
Я чувствовал восхитительное тепло от ее бедра, прижимающегося к моей щеке. Боже, я был просто одержим этой женщиной.
— Ты совсем не тяжелая. Стоит взглянуть на твое колено, когда вернемся.
— Может у тебя имеется что-то, что способно облегчить боль, то, что ты тоже скрываешь?
— Ну, я придумаю что-нибудь, что смогло бы помочь, — пробормотал я.
Она снова засмеялась.
— Постой-ка, ты только что флиртовал со мной? Нет, правда, это то, что я думаю? Что ж, я просто поражена!
Ее слова заставили меня рассмеяться.
— О, Боже мой, а теперь ты смеешься. Ты один и тот же человек?! У тебя случайно нет злого близнеца-брата? Я все это время была со злым Кейдом, а теперь появился хороший близнец?
— Эй, это не совсем справедливо с твоей стороны. Злой Кейд вытащил тебя из разбитой машины. Я был милым... немного..., правда же?
С ней было весело смеяться.
— И я совсем не собирался с тобой флиртовать, кстати. Ну, хотя вроде как само собой вышло, но, на самом деле, я имел в виду ледяную воду для твоего колена. Купание в ручье может как раз тебе очень помочь. Ледяная вода снимает любой отек. Именно поэтому я каждое утро окунаюсь в ручей.
— Ты не…! — Она так громко засмеялась, что я побоялся, что сойдет еще одна лавина с гор. — Я не могу поверить, что ты только что сказал! Ты правда ходишь к ручью каждое утро, чтобы снять отек? Это уморительно. Знаешь, ведь существуют и другие способы сделать это.
— Ты флиртуешь со мной?
— Возможно. Я еще не решила, стоишь ли ты таких хлопот. Тебя трудно разгадать, понимаешь?
— Да. Думаю, понимаю.
— Почему? Почему ты такой непредсказуемый?
— Думаю, что это, на самом деле, не так.
— Тогда, в чем дело? Почему ты так серьезно настроен против меня? Словно на тебя накатывает темное облако.
— Ничего подобного. Я совсем не непредсказуемый. Просто ты слишком многое хочешь во мне увидеть.
— Ладно.
Должно быть, она решила, что злой близнец Кейд вышел на поверхность, поэтому оставшийся путь молчала. И перестала смеяться, больше не задавала вопросов. Только тихо лежала у меня на плече, а я сосредоточился на подъеме в гору, стараясь не травмировать свое колено. Может, она правильно сделала, что отстала от меня.
18.
Кейд
Как только мы оказались в хижине, я усадил ее на стул.
— Как ты?
— Думаю, немного устала от путешествия. Адреналин и эндорфины сошли на нет. Это был крутой опыт повстречаться горной львицей. Сейчас я начинаю чувствовать последствия.
Я сделал шаг назад и неловко провел руками по волосам. Она была права, адреналин прошел, и мы вернулись к тому с чего начали.
— Ладно. Давай дадим тебе обезболивающее.
— Как насчет ирландского кофе? Я пила кофе, когда утром отправилась тебя искать. Ты можешь его подогреть на плите и добавить туда стопку виски. Это поможет моему колену.
Я зажег плиту, чтобы подогреть кофе. Пока мы ждали, чтобы огонь в печи разгорелся, я сделал на полу для нее лежанку, собрав все подушки и одеяла, которые у меня были в хижине.
— Могу я спросить тебя кое о чем?
— О личном?
— Мне так не кажется.
— Тогда давай.
— Когда я посетила твою мастерскую, не видела других скульптур. Где все остальные твои работы? Ты продаешь их в городе или что?
— Я не продаю свои работы, — коротко сказал я.
— О-о, тогда что ты с ними делаешь?
Я не стал поворачиваться к ней лицом.
— Я разбиваю их и использую потом на дрова.
— Что? Почему?
Я не ответил, некоторое время стояла полная тишина.
— Почему бы тебе не продавать их?
— Ты начинаешь что-то продавать, если тебе нужны деньги. Мне не нужны.
— Но почему ты не хочешь оставить их себе?
— Ты оставляешь себе, хранишь что-то, если это ценишь. Я не ценю эти куски дерева.
— Но скульптура, над которой ты сейчас работаешь, очень красивая. Странно тратить столько времени на такую вещь, а потом ее сжечь.
— Всему в этом мире суждено сгнить и превратиться в пепел, в конце концов, Катрина.
— Да, но как ты можешь разрушать то, во что вложил столько любви и души?
И у меня перед глазами всплыли воспоминания, покареженный металл, разрывающий плоть, которую я создал и любил. Образ был настолько яркий, что мне захотелось заткнуть рот кляпом. Я повернулся к ней лицом.
— Ты должна поднять свое колено. Ложись здесь и положи колено на стул.
— Ладно.
Мне казалось, она предполагала, что я помогу ей спуститься на пол, обхватив за талию и поддерживая. Вместо этого, я обхватил ее за талию и под колени, поднял на руках.
Положил на пол, желая продлить этот момент. Когда я отпустил ее, почувствовал, как ее тело расслабилось на полу, будто она приглашала меня присоединиться. Инстинкт подтолкнул меня к этому моменту близости с ней, но что-то внутри меня остановило от следующего шага. И правда заключалась в том, что она меня пугала.