Слегка обескураженная заявлением про слуг Дуня обвела глазами густо заставленную комнату и поморщилась от пестроты и тесноты. Здесь было слишком много всего — и мебели, и побрякушек-статуэток, и накидочек-ковриков, и зеркал, и лубочных картинок на стенах, и расписных аляпистых сервизов.
— Все от прежней хозяйки осталось? — у Дуни зарябило в глазах от такого великолепия.
— Если бы. От прежней только коробка и была. С тетрадью да кой-чем еще. Все остальное я сама!
— Но откуда? — воодушевилась Дуня. — Ты смогла вернуться назад? В наш мир?!
— Чего я там забыла. — отмахнулась Аглая. — Подучилась, постаралсь да и наколдовала себе прекрасную жизнь здесь.
— Ты всё это наколдовала?
— Ну да. Моя работа. Пирог да чаи с конфетами откуда, думаешь, взялись?
— Тоже от колдовства? — Дуня только теперь вспомнила, что говорила ей чуть раньше Марыська. Ну, точно — в Замошье таким не разжиться!
— Без колдовства мы бы сейчас зубами щелкали. — кивнула Аглая. — Я потом и тебе подскажу, что да как делать нужно. Как Хозяйкой полноправной над всем стану, так сразу и подскажу. Скоро уже. Вместе мы с тобой горы свернем. Станешь мне верной пособницей. Ох, и заживем, Дунь! Вся власть и сила будут в наших руках. — Аглая поджала губы и искоса взглянула на Дуню. — Правда же, здорово звучит?
— Не знаю… — пожала плечами Дуня. — Никогда не мечтала о власти.
— Это очень вдохновляюще! Поверь! Заживем, Дунь! Ты только пообещай мне кое-что. Пустячок. Хорошо?
— Что пообещать? — не поняла Дуня.
— Да, пустяк, говорю же. Пообещай, что… не будешь мне мешать.
— Стоп. — Дуня отставила чашку и полезла из-за стола. — В смысле — не буду мешать? Ты хочешь, чтобы я не претендовала на… ммм… на… — она запнулась, подыскивая нужное слово, — не претендовала на… должность Хозяйки?
— Ну да. Ты правильно поняла. Зачем тебе эта маята? Я уже многое освоила. А тебе все в новинку. Да и не справишься. Это уже понятно, — Аглая красноречиво скосила глаза на многострадальный Дунин нос-шишку.
— Вот если не справлюсь, тогда и поговорим, — уязвленная таким заявлением, Дуня подошла к стене, сделав вид, что заинтересовалась картинками. На каждой была запечатлена одна и таже модель — женщина в старинном русском наряде — то за столом. то возле печки, то в пол-оборота к зрителю за прялкой, то рядом с почтительно склонившимися людьми.
— Кто это? — Дуня ткнула пальцем в одну из картин.
— Может прежняя жиличка. Не знаю, — равнодушно передернула плечами Аглая и быстро косанула в угол.
Там бесшумно ворохнулось что-то. Сгусток темноты, нечто, отдаленно напоминающее женский силуэт.
Дуня дернулась, вспомнив свою преследовательницу, а когда решилась посмотреть вновь — в углу медленно колыхалась тонкая паутина да тянулись по стене тени от наставленных повсюду горящих свечей.
— Ты подумай. Я не тороплю. — Аглая медленно направилась к дверям, давая понять Дуне, что аудиенция окончена. — В Замошье голодно и холодно. С такими нерадивыми помощничками ты долго не выдержишь. Подумай. Евдокия. А я пока домового тебе подберу. Пришлю завтра. Понравится.
— Травой можешь поделиться? — Дуня показала на ряды аккуратных вязаночек под потолком.
— Травой… — Аглая на секунду будто растерялась, но тут же бодро провозгласила. — Зачем тебе сушка, когда у меня настой в печи запаривается. От нервов и для сна. Эй, ты! — неожиданно громко она притопнула ногой по полу. — Вылезай бездельница! Подай гостье отвара.
Из-под досок потянулась струйка тумана, повлеклась в сторону печи и уже там воплотилась в тощую, растрепанную тётку в обносках и с птичьим гнездом на голове. Тонкие птичьи же лапы неловко потащили чугунок, расплескав немножко варева, и Аглая с перекосившимся от злости лицом велела тётке убраться вон из дома.
Скрестив лапки, тётка залопотала что-то умоляюще, огромные глаза без век заблестели слезами.
— Сказано — прочь! — Аглая бросила в нее чем-то сухим и колючим, и тётка закрутилась на месте, завизжала да утекла тонкой струйкой тумана под дверь.
— Зачем ты так? — не сдержалась Дуня.
— С прислугой разговор короткий. Не справилась — проваливай. Им нельзя давать потачку. На шею усядутся.
— Не боишься, что разбегутся от такого отношения?
— Да куда они пойдут. — хмыкнула аглая. — А если и так, новых подберу.
— Ладно. Пойду к себе. Спасибо за гостеприимство. — подхватив теплую накидушку, что вручила ей коза, Дуня ступила на крыльцо. едва не споткнувшись о сидящих рядком Марыська, Мышуха и расстроенную кикимору.