— Вот же упертая! — фыркнула коза. — Всякое твое слово против тебя и обернется! Неужели до сих пор не поняла?
— Уй-яяяя! — провыла в ответ икотка. — Уй-ююю…
— Давайте! Топайте к выходу! Обе! Дуня не стала церемониться — подтолкнула бабку в спину. — Надоело с тобой возиться. Да и в бане нас уже заждались.
Глава 28
Всю дорогу до бани бабка Куля провыла дуэтом с икоткой.
Над заборами словно шляпки грибов торчали головы любопытных — Дуня заметила парочку незнакомых тёток в летах, худого мужика с прилипшей к губе козьей ножкой и плоский блин малинового Пипилюнчикового берета. Сестры Ипатьевны глазели на маленькую процессию из окна, и когда проходили мимо их дома — младшая, кривоглазая, распахнула форточку и поинтересовалась — «куда это они собрались?»
— В баню, — Марыська была краткой.
— В баню-ю-ю? Чего вы там забыли? Перед Крещением? В бане?? — кончик бабкиного носа задергался от любопытства.
— Забыли. Агась, — Марыська задорно покрутила хвостом. — Можем и тебя с собой на сходку прихватить. Нашему колодезному в пару. Он давно себе старуху подыскивает. Ты как раз подойдешь.
В ответ лишь глухо брякнула захлопнувшаяся форточка.
Марыська рассмеялась, а Дуня спросила вполголоса — о какой сходке говорила коза.
— Нынче же Крещенский сочельник. Банник с баенницей гостей принимать будут. Со всей округи небось подтянутся к ним на засидки.
— Кто?
— Дак всякие, хозяюшка. Станут лапти плести да байки перетирать. Тебе про то лучше не знать да не думать. Эта ночь ихняя. Поликарп Иваныч уже и лыка заготовил. Не забыть бы его захватить. И гостинцы тоже.
— Вы тоже туда собираетесь? — невзначай поинтересовалась Дуня. Если помощники отправятся в баню, она сможет спокойно поэкспериментировать с зеркалами, попытаться нащупать проход в прошлое, чтобы помочь Миньке.
— Еще чего! — возмущенно взмекнула Марыська. — Нам не по статусу! Мы при доме состоим. Со всякими прочими не водимся!
— Ну, как знаете. — Дуня подтолкнула в калитку притормозившую было бабку Кулю.
— Фрыыыу… — промычала бабка. — Выууу…
От крылечка бежала Звездочка, потрясая корзинкой.
— Вот, хозяюшка! Прими! Тут передачка банным и котЕлки. Мы их не вымачивали, не распаривали. Это пускай уже сами…
— Котелки?
— Лыко в мотках, — перевела Марыська и заинтересованно принюхалась. — А на гостинцы что положила?
— Краюху ржаного и кхитайский чай в пакетиках. И в тряпочке кусковой сахарок. Подсластить ночь.
— Обойдутся без сахарка! — фыркнула Марыська, но кикимора заволновалась, замахала руками. — Что ты, что ты! Все так делают! Положено им засидки подсластить! Чтобы зла не затаили!
— А чай им зачем?
— Так для гостей! Они про такой напиток и знать не ведают. Пускай хотя бы попробуют. У баенницы там чайничек припасен, а воду добудут и без нас.
— Чайник тоже ты туда притащила?
— И что такого? Они к хозяюшке со всем уважением и подмогой. Вот я и решила поддержать!
— Все передадим, Звездочка. Спасибо. — Дуня приняла корзину, и легонько понаддала Куле, побуждая идти.
— Там еще уголек от меня. Пригодится, — крикнул Поликарп Иваныч из двери и неодобрительно зыркнул на Кулю. — Вот тебе с ней мороки, хозяюшка!
— Ничего. Ради такого дела можно и поморочиться, — Дуня поблагодарила домового кивком и снова ткнула Кулю в спину. — Шагай, бабуля. Время дорого.
Куля промычала что-то невнятное и мотнула головой.
— Уй-ююю… — в тон ей провыла икотка. — Ъуъъъ!
— Петь будете в Заовражье. А может — в Перге! Под аккомпанемент Домны Адамовны и бабы Агапы, — Марыська всхрюкнула, представив описываемую картинку, и остальные тоже захихикали, развеселились.
В бане было сумрачно и пусто. Только на полке посапывала и кряхтела завернутая в рубашонку соломенная лялька. Она взмахивала ручонками, подрыгивала ногами совсем как настоящий младенец. Если бы Дуня не сделала ее сама — ни за что бы не поверила, что это соломенная кукла! Лицо ляльки по-прежнему оставалось прикрытым, и Марыська, на секунду опередив Дуню, велела Куле подойти и убрать платок.
— На голову ей повяжи вроде чепчика. — коза внимательно наблюдала за бабкой.
Та деревянными шагами отправилась выполнять приказ и когда неловко навертела платок — лялька захныкала еще громче и засучила ножками.
Дуне очень хотелось посмотреть на нее вблизи, любопытно было узнать — как банные духи довершили превращение, но она не рискнула подойти.
— Потетешкай малую. Побаюкай. Сейчас бы пустышку ей… Ну-ка, хозяюшка, дай мне корзинку…