— Клавка сманила! Вот стервозина рыжая! Ничего. Мы ее прищучим! — Марыська мстительно поддернула обрубок хвоста и, сменив тон на масляный, пропела. — Принимай, Звездочка, провиант. Тут и мучица. И картохи немного. И луковка. Сообрази хозяюшке поесть.
— Я вам вареничков налеплю… с картошечкой… У меня вкусные вареники выходят! — кикимора засуетилась, захлопотала, приговаривая. Воздух возле неё заходил волнами. Мука взвивалась снежной пылью. Отлетали и шлепались на пол картофельные очистки. Нож скакал по столу.
— Да уймись ты ужо! — Звездочка в сердцах пришлепнула ладонью и пожаловалась. — Хлопотун это, хозяюшка. В платочке Антохином притаился. А ты и подняла. Вот он теперь и барагозит.
— А мы его сейчас в банку упрячем! — не растерялась Дуня, пытаясь ухватить пронесшийся мимо маленький вихрь.
— В мешок его и на болотину! — предложила Марыська. — В качестве мены используем. Когда к Виринейке пойдём.
— Мы к ней еще пойдём? — Дуне запорошило глаза мучной пылью, и она до слез расчихалась.
— И не один раз пойдём. За новым провиантом. — безмятежно ответила Марыська и ловко прихлопнула копытцем разошедшегося невидимого Хлопотуна. — Звезда моя, давай скорее мешок. Подвесим хулигана в сенях, пускай подумает о жизни своей бестолковой.
Звездочка бросилась за мешком. И уже через минуту барахтающееся нечто было водворено в мешок. Кикимора туго его увязала и подпихнула в уголок. Из мешка донеслись протестующее бормотание и жалобное постанывание. Дуне даже сделалось жалко проказливого невидимку. Но Марыська пресекла ее благотворительный порыв, заявив, что порядок любит строгость!
— Вон ты домового не привязала, хозяюшка. И что теперь? Ведь сманит его Клавка! Не отпустит от себя! Он дедок хозяйственный. Как быстро погреб очистил. Таких помощников при себе держать надо! А всего то и делов было — к вещице какой привязать. А ты поленилася! — разворчалась коза. — К лапотку. Или старому венику. Так нет же. Вот оно и аукается. Иди теперь к Клавке. Сманивай назад. Улещай.
— Обойдётся! — Дуне надоело слушать ворчливую воркотню Марыськи. К тому же не терпелось попробовать состряпанных Звездочкой аппетитных вареников, побулькивающих в чугунке на печи. Кикимора добавила в воду горошинки перца из старых запасов, лавровый лист и сушеную зеленушку, и теперь осторожно помешивала все ложкой, чтобы вареники не слиплись.
В подполе шурухнуло негромко и в приоткрывшуюся ляду просунулась голова домового.
— Это я вовремя успел. — дедок довольно засопел и принюхался. — Чую вареники с картохой!
— Ты заходи, не стесняйся. — мило пропела ему Марыська. — Умаялся поди, в чужом дому управляясь.
— А я еще не решил — где свой дом, а где чужой, — бессовестный дедок подмигнул Дуне и в развалку направился к печи.
— Так зачем же дело стало? Давай. Решай. — улыбнулась ему Дуня, из последних сил сохраняя спокойствие.
— Я сперва вареников откушаю. Пробу сниму. Ежели пондравятся, то так и быть — загляну к вам еще. Когда чего вкусного состряпаете. У Клавки меня пирогами нынче потчевали. И конпотом!
— И откушаешь, батюшка. Снимешь пробу. — пропела Дуня, невольно принимая Марыськины интонации. А потом бросила в домового носком и прокричала. — Жить тебе в этом носке! Служить мне верой и правдой! Нарекаю тебя отныне Поликарпом Иванычем!
В повисшей после этого тишине громко и жалостно икнул новоявленный Поликарп Иваныч, прижимая к себе один из Дуниных полосатых носков.
Звездочка застыла с поднесенной к чугунку ложкой. Даже мешок в уголке перестал барахтаться.
Дуня испугалась — не переборщила ли она со своим возмущением, но Марыська разрядила обстановку, довольно крякнув.
— От ты умна, хозяюшка! Имя — лучший якорёк. Теперь никакие Клавки не сманят нашего Карпушу! И с носком ловко дело обыграла! Когда успела с ноги стянуть?
Дуня ничего не ответила — сама пыталась понять, откуда у нее внутри возникла подсказка — что именно нужно сделать. И как пришло на ум такое забавное и необычное имя. Поликарп Иваныч. Надо же!
Глава 7
Долго раздумывать над не пойми откуда взявшейся подсказкой Дуне не дали помощники: заявили хором, что надо бы «обтряхнуться» после болота. Негоже, мол, к столу с хвостами-прилипалами усаживаться. Потому как если время упустить — вопьются пиявками и изгнать их будет трудно.
На вопрос, кто такие хвосты-прилипалы, четкого ответа Дуня не получила. Яснее всех высказалась коза, заявив, что они вроде обрывков-остатков от всяческого колдовства и обрядов, проводимых когда-то на болоте, и могут сильно навредить.