— И что ждет тебя дома? Очередной визит мертвячки из сна? Не боишься, что заберет тебя? Там, где она обретается, будет похуже чем здесь. Если ты вообще сможешь что-то чувствовать! — внутренний голос постарался осадить Дунину радость, и коза в унисон с ним мрачно подтвердила: «Вертаться обратно тебе нельзя. Уведёть!»
— Кто? — вздрогнула Дуня.
— Да неупокоенная же! Из твоей родни. Является же? Манит?
— Ты подслушала Феодору Панкратовну?
— Очень надо! Без неё всё вижу.
— Что видишь?
— Да след. Во взгляде проявляется. У таких как ты взгляд другой.
— Нормальный у меня взгляд… — до сих пор ничего странного Дуня за своими глазами не замечала.
— То ты так думаешь. А нам видно.
— Кому это вам? Что видно? Объясни!
— Сама разберешься как время настанет! А только нельзя тебе с ней! Она молоком кормила? Кормила. Теперь должок забрать хочет!
Дуня хотела возразить, но в это время в дверь размеренно и негромко постучали три раза.
— Пипилюнчик явилася. — довольно взмекнула коза. — Помощников принесла. Одного выбери. Только не пушистого! Они на вид-то все неказистенькие. Но работают справно.
— Пипи… кто? — растерялась Дуня.
— Пипилюнчик. Почуяла новенькую и пришла. Она завсегда три раза стучит. Условный сигнал. Запомни.
— Это важно?
— Еще как. У нас много кто заявиться может. Оберегаемся так от нежеланных.
Стук повторился, и Марыська кивнула в сторону двери, предоставляя Дуне впустить гостью.
— Но там же не заперто.
— Да что ж ты такая норовистая! — раздула ноздри Марыська. — Всё по правилам делать нужно! Подойти и впусти!
Благоразумно решив не спорить, Дуня подошла к двери и слегка приоткрыла, не зная кого может увидеть.
Пипилюнчик оказалась маленькой щупловатой тёткой в длинной растянутой кофте и широких спортивных штанах, на голове набекрень пристроилась синяя беретка с белым перышком, в руках было зажато решето полное копошащихся существ. Забыв поздороваться, Дуня уставилась на голеньких, похожих на цыплят без перьев уродцев с просвечивающими сквозь кожу черными венами. На пушистых неповоротливых гусениц с гладкими младенческими личиками. На ящериц с куриными лапами и желтыми гребешками. На кого-то, напоминающего пластикового старенького пупса из её детства. Глаза у пупса горели красноватым, из приоткрытого рта то и дело выскальзывал раздвоенный как у змеи язычок. На него неприятно было даже смотреть — не говоря уже о том то, чтобы держать в доме. Впрочем, от остальных Дуня тоже не была в восторге. И из этих тварей она должна выбрать себе помощника??
Дуня нерешительно оглянулась на Марыську, а Пипилюнчик пропела сладким голоском:
— Прибытку этому дому. Да впустишь ты меня, девица-краса?
— Проходите, — спохватившись, Дуня отошла в сторонку, и тётка ловко проскользнула в щель.
— Вот! — с шумом грохнула решето на столешницу и скрестила руки на груди, уставившись на Дуню. — Выбирай кто люб. Да сразу нескольких бери. Чтобы работа веселее двигалась. Рекомендую обратить внимание на них, — Пипилюнчик прищёлкнула ногтем по гребешку ящерицы, а потом ткнула пальцем в красноглазого пупса, и тот сразу попытался ее куснуть.
— Сама разберусь! — осадила тётку Дуня. — Дело серьезное. Не торопите!
— Да пожалуйста! Разбирайся. — фыркнула тётка обиженно. — Я-то их лучше твоего знаю. Вот и хотела пособить!
Ну да, ну да. Пособить хотела. Подсунуть кусачего уродца. Спасибо, не надо.
Дуня брезгливо разглядывала кандидатов в помощники. Каждый казался ей до отвращения мерзким. Терпеть подобных тварей возле себя и взаимодействовать с ними совершенно не хотелось.
Она уже приняла решение совсем отказаться, как вдруг заметила под шевелящимися телами что-то коричневое и меховое. Изловчившись, подхватила двумя пальцами мягкую шкурку и вытащила на свет маленькое, смахивающее на летучую мышь существо.
— Его забираю! — Дуня посадила существо на стол, и оно немедленно принялось оправлять примятый мех крошечными трехпалыми лапками.
— От такого хорошей работы не жди. — разочарованно протянула Пипилюнчик. — Больше болтать станет, чем делать.
— Ничего. Справится. Будет нужно — помогу.
— Смотри ка, шустрая какая. — тётка многозначительно переглянулась с Марыськой. — Если больше никого брать не будешь, я пойду, — Пипилюнчик подняла решето и повернулась к выходу. — Замкни за мной, чтобы никто не влез.