– Я знаю ее пять лет, можете мне не объяснять. Тем страннее, что вы влюбились настолько, что готовы были жениться.
– Действие зелья прошло, когда оно столкнулось в моем организме с настойками, что поила мне Ванесса.
– И вы хотите сказать, что Бранда и есть та ведьма, которая нам нужна? – хохотнула я. – Бросьте, Риган! Я знаю ее пять лет, пять! Да, она ведет себя по-дурацки и не знает, какой вилкой есть салат, но… ведьма? Да вы были с ней целый месяц и уж точно поняли бы, что она нечисть!
– Я бы не смог этого понять, – грустно улыбнулся Риган. – Я просто мужчина, опоенный зельем приворота.
Кончики моих пальцев снова оказались в плену моих зубов. Я всегда их грызла, когда страшно нервничала. Обида на подругу захлестнула с новой силой, а вот за отца теперь было страшно. Если он и впрямь опоен, то его нужно спасать, а не обвинять в предательстве.
– Мы пойдем на прием, который устраивает Ландорф Болейн в эту субботу, – сказал Риган. – Присмотримся к нему и к Бранде.
– Нас выпнут еще на пороге, – усмехнулась я. – Если Бранда охмурила моего папу, взяла в оборот конюха и кухарку, то дом уже полностью принадлежит ей. Не удивлюсь, если там на каждом шагу стражники.
– Об этом не волнуйтесь, я разберусь. Притворимся кем-то другими.
– Как у вас все легко, – буркнула я, падая на кровать. Риган сидел на табурете рядом, и не сразу я поняла, что он держит одну мою руку в своей. Поглаживает тыльную сторону ладони пальцем, легонько сжимает ее. – Что вы делаете?
– Простите, – мужчина словно опомнился, убрал руки. – Задумался.
Наш разговор прервал крик Ванессы:
– Готово!
Мы ринулись в мастерскую. Мне не терпелось увидеть металлическое сердце, а вместо него на столе лежали кучки проволоки, металлических пластин и стеклянных шариков.
Глаза Ванессы горели восторгом, как если бы она вдруг облапошила все казино и забрала миллион.
Мы с Риганом, наверное, имели такой ошеломленный вид, что подруга расхохоталась.
– Ой, видели бы вы свои лица! Ну, что я говорила – я все смогу! Вот увидите, неделя-другая, и мы начнем поднимать мертвецов!
– А мне придется их упокаивать, – напомнил ей Риган.
Ванесса отмахнулась:
– Тебе и своих ходячих мертвецов достаточно. Они время от времени встают.
– Да уже год никто не оживал.
– Мои мертвецы будут вовсе не мертвые. Я с помощью этих штуковин, – женщина ткнула пальцем в кучки металла, – смогу лечить неизлечимые болезни, понимаете?
Я вопросительно вздернула брови:
– А сердце-то где?
– Торопишься увидеть? Не всё сразу, дорогуша, не всё сразу!
– Если человек умер от пневмонии, то как ему поможет новое сердце? – не понимала я.
– Сердце гоняет кровь по организму, а вместе с тем будет наполнять ее моей силой. Трудно объяснить, но просто поверьте – это сработает. Человек будет не совсем жив, но и не мертв. Жизнь в нем будет поддерживаться магией. Не зря я техномаг, не зря за мной охотятся.
– Ты этим как будто гордишься? – спросил Риган со смешком.
Ванесса в ответ скорчила рожицу.
Часть ночи прошла весело. Да-да, весело, и это не шутка. Я впервые за долгое время так много смеялась, что заболели челюсти.
Ванесса рассказывала интересные истории из своего прошлого, я помогала ей вспомнить некоторые моменты из нашего общего времяпрепровождения. Риган молча слушал и улыбался, любовался тем, как мы заливаемся хохотом.
После всего того, что мы пережили, эта ночь стала глотком свежего воздуха. Я чувствовала, что у меня открывается второе дыхание, и теперь я могу все!
Риган стал поглядывать на часы все чаще.
– Ты хочешь сделать это сегодня? – спросила его Ванесса.
– Что? – не поняла я. – Вы что-то придумали?
– Я должен поехать в свой дом и убедиться, что Паркер и Ханна не там. Если в них вселились черные духи, то они наверняка живут при своем хозяине.
– Тогда есть шанс, что мы найдем главного, если разыщем кого-то из его слуг? Он ведь наверняка завербовал уже не одного человека. Да и охотниками, вы говорили, не брезгует.
– Шанс есть, – вздохнул Риган. – Ложитесь спать, дамы, а я вернусь к рассвету.
– Возьми с собой Аманду, – попросила Ванесса. – И тебе будет помощь, и мне сегодня желательно побыть одной. Я хочу начать изготавливать сердце, и делаю что-то подобное впервые – не знаю, какие могут быть последствия.