– Всех. Это охотники.
В голосе Ригана скользнула горечь. Я скрипнула зубами от досады и легла лицом на решетку, чтобы лучше видеть и ничего не упустить из поля зрения. Если все мужчины – охотники с темными духами внутри, то оставалось узнать, с кем разговаривает Бранда.
Моя бывшая подруга в роскошном красном платье с бокалом шампанского в руке заливисто смеялась. Ее собеседница говорила что-то неразборчивое, взмахивая веером. Мы с Риганом прислушивались к голосам, но музыка мешала.
Наконец, Бранда улыбнулась своей знакомой и ушла, а девушка в синем повернулась, скользя взглядом по залу.
– Ханна? – выдохнули мы с Риганом одновременно.
Сестренка Ригана улыбнулась кому-то и помахала рукой. Я ошарашенно наблюдала за тем, как к ней идет Паркер с двумя бокалами шампанского в руке. Вот он отдает один ей, вторым салютует кому-то в толпе и отпивает глоток.
Музыка затихла.
– Не видела мистера Болейна? – спросил Паркер расслабленно.
– Пока нет, – ответила ему Ханна, фыркнув чуть обиженно: – Он не говорил со мной со вчерашнего вечера. Разозлился, я даже не поняла из-за чего.
– Не удивлюсь, если вина все-таки твоя.
– Эй! Сам знаешь – мистер Болейн из тех, кого легко вывести из себя. Да, я обещала привести своего братца и его якобы жену, но я сразу говорила, что шансы низкие! Риган знает, кто упёк его в Эппинг, и теперь прячется от нас.
Мы с Риганом переглянулись. На лице мужчины не читалось никаких эмоций, кроме одной – злости. Мы оба молились только о том, чтобы музыкант вновь не заиграл, иначе пропустим весь разговор.
– Ландорф придет через пару минут, – сказала Бранда, появившись внезапно. Паркер даже вздрогнул от неожиданности. – Видела его в холле – он встречает мисс Ингелоу.
– Джина здесь? – удивилась Ханна. – Вот так сюрприз. Это в корне меняет дело! Хоть какое-то веселье на этом скучнейшем празднике.
Бранда рассмеялась:
– Веселье начнется, когда Ландорф сделает объявление.
– Я что-то пропустил? – полюбопытствовал Паркер.
– О, дорогой, подожди немного и все узнаешь! Не могу же я раскрыть интригу прямо сейчас?
– Ханна, – хмурясь, Паркер обратился к девушке. – Что вы задумали?
– Ничего из того, что тебе не понравилось бы.
Им пришлось прерваться, потому что музыка вновь заиграла и под переливчатую мелодию в бальную залу вошли мой отец и Джина Ингелоу. Увидев писательницу, мы с Риганом напряглись еще больше: если все в этом зале подчинены черным духам, то что здесь делает Джина? Неужели и ее тоже завербовали?!
– Быть не может, – прошептала я в отчаянии. – Риган, ей ведь никак нельзя терять разум!
– Нельзя. Если и в нее вселится дух, мы потеряем единственного человека, который исследовал нечисть. Охотников больше нет, кроме тех, что женаты. Но посмотри на Джину – не похоже, что она не в себе, а?
Я всмотрелась в лицо женщины. Джина растерянно переводила взгляд с одного гостя на другого, опасливо косилась по сторонам и очень крепко держала моего папу за локоть. Я не сомневалась – она уже поняла, куда ее привели, но пока не понимала зачем.
Мой родной дом превратился в логово черных духов. Я еще не могла осознать, что мой папа – один из них, и не хотела даже думать об этом. Но то, что я видела, наталкивало на мысль, что отца больше нет. Охотники – духи, и даже Ханна – дух. Джина Ингелоу их жертва, но зачем она им нужна?
– Я ничего не понимаю, – процедила я с тяжелым вздохом. – Риган, если я сейчас же не узнаю, что происходит, то сойду с ума.
– Мне нечем тебе помочь, – с грустью отозвался муж. – Я пытаюсь уловить хоть какой-то смысл в этом их собрании, но на ум приходит только одно – ловушка и веселье заодно. Джина Ингелоу – самый опасный человек для нечисти. Она опаснее всех охотников вместе. Неудивительно, что от нее захотели избавиться.
– Но почему бы ее просто не убить? На улице, в доме, да хоть прям здесь! К чему все эти закуски, напитки?
– Похороны, – коротко бросил Риган. – Они заранее отмечают избавление от исследовательницы.
– Джина, кажется, поняла, зачем ее позвали. Посмотри на нее – она что-то подозревает.
– Я более чем уверен, что она пришла сюда уже зная, куда идет.
– Но тогда почему не отказалась от приглашения?
– Выяснить это мы можем только у нее, увы.
– Пойдем, – я быстро поднялась на ноги и двинулась на выход. – Отыщем кухарку, расспросим ее. Пока Джина еще жива, мы не должны упускать ни минуты!