Ремири подавился остатками воды. Прокашлявшись, прохрипел:
— Обещал?! Вы его слышите?! То есть, вы отпустили опасное инфернальное существо, созданное, чтобы служить одной-единственной семье, с привязки, просто потому что вам захотелось?!
— Э-э-э… — протянула Хелена, недоверчиво рассматривая кружащегося под потолком духа. — А выглядит вполне мирным. Да, я его слышу. Даже сейчас. Он… что-то бормочет…
— Почему он улыбается?
— Я рассказала ему о наших призраках из сказок… хороших призраках, вот он и… то есть…
— Кто вы? Расскажите мне все, — потребовал герцог.
— Но это…
— Знаю, долгая история. Ничего, я больше никуда не спешу.
— Я Елена Хиллкроу.
Признание далось мне нелегко. Я снова оглянулась на размагиченный дневник. Хорошо, что успела его прочитать.
О хранителе моя предшественница не упоминала, но его появление вписалось в общую картину. Оставалось только убедить герцога в том, что Елена потеряла память. Ведь только это могло объяснить тот факт, что она не разыскивала младшую сестру. Однако ничего не получилось, поскольку...
— Елена Хиллкроу умерла! — резко ответил Ремири.
— Нет, я...
— Хрономаги пытались поймать ее душу, — герцог говорил четко, отрывисто, и его строгий вид давал понять, что шутить он не собирается. — Чтобы вселить в другого носителя. У них ничего не вышло.
— Так вот что это было! — вырвалось у меня.
— Говорите! — приказал Ремири. — Клянусь кровью и магией, что не причиню вам вреда, кем бы вы ни были.
Герцог протянул руку. К ней осторожно подлетел Дух. Окружил ладонь сэна Уильяма зеленоватой пеленой и поднял в воздух сноп искр.
«Клятва подтверждена», — услышала я на периферии сознания. Именно так разговаривал со мной Хранитель.
Иного выхода, как признаться во всем сразу, у меня не было. Магия уже дала понять, что обещания нужно выполнять. Я прожила в этом мире недостаточно, чтобы знать все магические нюансы. Чем занимался отец Елены (Хеленой Хант звалась соседская девочка, с которой Елена дружила в детстве, и когда понадобилось другое имя, девушка выбрала уже знакомое), я так и не разобралась. Зато узнала, в какой опасности нахожусь и что грозит моей пропавшей сестренке.
Мне нужен был союзник, и герцог прекрасно подходил на эту роль. Он был в курсе истории. Он даже знал, что происходило в мрачном здании, когда меня засосало туда Вызовом.
— Девушка... там была мертвая девушка, — выдохнула я. — И я услышала голос...
Я начала рассказывать. Герцог был изумлен, но ни разу не перебил, чтобы что-либо уточнить. И только когда я закончила историей знакомства с Хранителем семьи Хиллкроу, Ремири встал и зашагал по комнате.
— Подобного я и представить не мог, хотя много читал об иных мирах и странниках, — негромко признался он. — Простите, что подозревал вас в обмане. Такое придумать невозможно, если не знать подробностей, а их знают только я и пифия. Раз магия действует, Люси жива. Впрочем, я и раньше в этом не сомневался.
— Вы знаете, где она? — подскочила я.
— Она успела добраться до убежища. Бартоломью отослал ее к сыну старого друга. Отвезти Люси в тот дом должна была Елена. Видимо, так она и сделала, но на обратном пути ее...
— ... отравили, — мрачно выдохнула я. — Яд начал действовать, когда она занялась покупкой дома. И тут появилась я.
— Она вам доверилась, — проникновенно произнес герцог, остановившись и глядя мне в глаза. — Ее дух выбрал именно вас.
— Не знаю, почему, — развела руками я. — Дома от меня не было никакого толка. Я просто все время болела. Ничего особенного не умею, ценными знаниями не обладаю.
Герцог усмехнулся и покачал головой:
— Просто вы не видите всю картину. Магически одаренные люди, попав в миры, где магия подавлена, или родившись в них, редко доживают даже до среднего возраста. Они просто выгорают изнутри. Иногда это проявляется как долгая болезнь... и ранняя смерть от какой-либо привычной хворобы.
— Значит… я маг?
— Несомненно.
— Но разве это не Бартоломью Хиллкроу превратил дочь в источник огромной силы, — я открыла дневник и показала герцогу нужный абзац.
В нем Елена туманно излагала смысл экспериментов отца, но я мало что смогла понять из нескольких строк, напичканных незнакомыми терминами.
— В этом мы еще разберемся, — кивнул герцог. — Но я уверен, что вы также принесли с собой свою магию. Соединившись с потенциалом Елены, она трансформировалась в нечто еще более мощное. Мы часто беседовали с Бартоломью о природе светлой энергии. Он мечтал добиться повышения потенциала каждого отдельно взятого мага. Но даже в самых смелых своих фантазиях он никогда не предполагал, что человек сам сможет стать практически безграничным источником вита.