— И да, и нет. В последнее время устремлённое на меня внимание немного ослабло. Это связано с усилением хрономагов. Сейчас все глаза устремлены на Север, там происходит чёрт знает что. Поступают сведения о террористических акциях и гибели людей. Но в прессе – тишина, поэтому люди начинают паниковать. Сэн Ремири ничего тебе не рассказывал?
— Нет, в последние дни он здесь почти не появляется. Видимо, как раз по причине усиления хрономагов, — встревожилась я. — Расскажи ты. Полагаю, тебе известно то, о чем в газетах не напишут.
Эрик кивнул:
— И будь у меня хоть малейшая возможность, я бы сам направился на север. Потерпи немного. Скоро приедет Роберт. Он сейчас в гуще событий, так что мы получим историю из первых уст.
Задержав дыхание, я потянула нить проклятия на себя. Попыталась выжечь, но большой сгусток тёмной энергии переместился в область солнечного сплетения. Ох!
Эрик сжал подлокотники кресла. Больно, я знаю. Потерпи! Будь у меня хоть какой-то опыт...
Я вдруг осознала, что могу рассчитывать только на себя. Даже при огромном желании никто не научит меня тому, что я сейчас делаю. И если кто-то об этом узнает... На секунду стало страшно. Руки задрожали. Бросить! Бежать! Что я вообще делаю?!
Хранитель потянулся ко мне сознанием:
«Госпожа? Вам плохо?»
«Страшно… Что это?»
«Тьма. Она не хочет умирать. Это иллюзия, внушение, не слушайте. Хотите, я сам выжгу Тьму из вашего… друга?».
«Нет-нет, не надо. Знаю я твои методы. Мне этот тип еще пригодится».
К моему огромному удивлению и отвращению проклятие в спине Эрика протянуло щупальце к моему животу. Это придало сил и… злости.
— Наглая тварь! — возмущенно взревела я. — Вот же гадость! Ты и на меня воздействовать пытаешься? Не бывать этому! Эрик! Все плохо, да? Мне перестать? Позвать дэна Бирни?
Несколько секунд Найтли никак не отзывался. Он изо всех сил терпел боль, костяшки на пальцах рук, впившихся в кресло, побелели.
— Продолжай, — выдохнул он наконец. — Я знаю… получится… сейчас… Нельзя… Бирни. Он обязан будет доложить… Тебя не оставят в покое.
Знаю. Но я не ожидала, что будет так плохо.
— Никаких претензий, если я вдруг… — голос Эрика слегка окреп. Видимо, боль отпускала.
Я увидела, как расправляется левый энергетический канал. Вит неуверенно усиливал потоки. Никакого «вдруг» не будет. Мы почти победили.
Приободрившись, я также поняла свою ошибку. Не нужно было отсекать боковые нити. Сейчас из-за моей оплошности антивит может проникнуть в центральный канал. А что если вот так...?
Минут через десять, тяжело дыша, я обошла кресло Эрика и заглянула ему в лицо.
— Я в порядке, — просипел он. — Отпускает…
— Проверю пульс. Поосторожнее с нагрузками. Сердце должно адаптироваться к освободившимся потокам вита.
— Могу… еще…
— Нет уж, граф! Вы не железный… и я не из стали, — рот наполнился кислой слюной. — Я позову слуг, пусть отнесут тебя вниз. Сделаем перерыв, дней пять. Хорошего понемножку.
— Хорошего... смешная… — Эрик судорожно сглотнул и улыбнулся. — Я сам спущусь... по подъёмнику.
— Не выдумывай. Ты просто вывалишься из кресла.
Я подхватила с табурета колокольчик для вызова прислуги и изо всех сил его затрясла. Энергии на то, чтобы спуститься по лестнице, не хватило бы. К счастью, люди графа были предупреждены.
Когда слуги подхватили обессиленного Найтли на руки, я скомандовала:
— Несите его в сад. Положите на траву, под солнцем.
Слуги с сомнением переглянулись, но Эрик прошептал:
— Подчиняйтесь. С этого дня сэнья Элиана – ваша полноправная хозяйка.
Сама я кое-как сползла с лестницы и доплелась до солнечного пятачка в саду. Как хорошо, что лето в этом году такое сухое и солнечное.
— Сначала на живот.
Слуги осторожно уложили Эрика в мягкую траву. В солнечных лучах я ещё раз проверила каналы вита. Удовлетворённо выдохнула: основная работа проделана, осталась всякая мелочь, но её много. И боюсь, проклятие не успокоилось. Не знаю, как это будет выглядеть, но оно постарается что-то сделать... С Эриком... С его сознанием.
На спину граф перевернулся сам. Я сама не поняла, как оказалась рядом с ним. Просто рухнула в траву, раскинув руки. Перед глазами возникла удивленная морда Маффина. Я вяло отмахнулась, и кот, мурча, устроился в ногах.
Тело блаженно оцепенело. Победа, но впереди еще много хлопот.
— Ты как?
Эрик неопределённо помахал рукой.