— Вот я не представляю себе жизни без Надин. — Серж опрокидывал в рот очередную порцию спиртного.
— А я не представляю себе жизни без Ани. — Дима переходил на родной язык, но каким-то магическим образом Серж его понимал.
— Тогда поехали…
— Куда?
— К Ане.
— Нет…
— Значит, завтра… Мне все равно, какие у тебя тараканы в голове… Я правильно говорю по-русски? Тараканы…
— Да, правильно… — Дима налил себе полный стакан. — Тебе добавить?
— Да. И побольше.
Дима наполнил его стакан до краев. Они чокнулись, стаканы глухо звякнули. На губах у Димы застыла пьяная улыбка.
— Знаешь, когда я вижу похожую на нее девушку, меня в дрожь бросает. И еще голос… Один раз я услышал в самолете похожий голос, так чуть сознание не потерял… Слушай, Серж… я, кажется, пьян до чертиков…
На светофоре Надя посмотрела на себя в зеркало заднего вида и скривилась — всего неделю у мамы, а щеки скоро лопнут. Ох и мама! Целый год Надя упрашивала ее сделать загранпаспорт и приехать к ним хоть на недельку — потом вернулись бы вместе, но так ее и не уломала.
— Да ты шо, доню?! Я боюсь этих самолетов как огня. Неужто нет поезда, а? Ты бы поездом ехала, так удобней.
Ну, что тут скажешь? Что самолетом удобней? Так маме этого не докажешь.
— А ты оставишь мне Петеньку? — «пробует кладочку» мама умильным голосом.
— Он не Петя, он Пьер.
— Для меня он Петенька, а ты называй как хочешь моего внучка! И-и-эх! — взвизгнула мама и залилась звонким смехом, таким вот образом проявив шальную радость. — Срочно вези его ко мне, а то помру от нетерпения. Его тут уже все село ждет!
Это была чистая правда — встречали Надю почти всем селом, все-таки из заграницы приехала, и не из какой-нибудь банановой, а из культурной.
Неделю Надя отсыпалась, отъедалась салом и холодцом, а теплым и солнечным осенним утром покормила Пьера, села в машину троюродного брата и рванула в Харьков без остановок — надо было вернуться обратно до следующего кормления, но на всякий случай она сцедила грудное молоко в бутылочку. Через пятьдесят минут Надя входила в стеклянные двери магазина.
— Добрый день! — К ней подбежала длинноногая девушка, сбоку приближалась еще одна. — Я могу вам чем-нибудь помочь?
— Да, — ответила Надя, и обе девушки обратились в слух.
— Скажите, пожалуйста, у вас работает бухгалтером Анна, худенькая такая, блондинка с длинными волосами?
Предупредительность с лиц девушек мигом испарилась, уступив место откровенной скуке:
— Да, у нас есть Анна-бухгалтер. Но туда пройти нельзя.
— Тогда позовите ее, пожалуйста. Скажите, приехала Надя из Франции.
Обе девушки-продавщицы окинули ее вопросительными взглядами — раз из Франции, то почему не в брендовых шмотках, на которые у них глаз наметан? Продавщицы переглянулись, и одна из них, та, что помоложе, ушла.
— Может, выберете себе что-нибудь? — слащавым голоском предложила оставшаяся девушка, но у Нади настроение было не то.
— Спасибо, в другой раз.
И тут справа послышались быстрые шаги и с возгласом «Надя? Ты!» к ней приблизилась Анна.
— Ты отлично выглядишь! — Аня улыбалась.
— А ты нет, — сухо ответила Надя.
Аня бросила на нее удивленный взгляд и, растянув рот в подобии улыбки, спросила:
— Как ты меня нашла?
— Очень просто, — сдержанно ответила Надя. — Ты что, забыла? Я тут сумку покупала.
Аня прижала руку ко лбу:
— Да-да! Ну как, не порвалась еще наша сумка?
Она опять улыбнулась.
— Нет, не порвалась, — ответила Надя и внимательно посмотрела на Аню. — Ты можешь выйти на полчаса?
— На полчаса? — Аня теребила пуговицу на кофточке. Вид у нее был удивленный и растерянный. — Да, конечно, подожди меня здесь.
— Хорошо, — кивнула Надя.
На ватных ногах Аня добрела до туалета и посмотрелась в зеркало. Надя приехала сюда не просто так… Ноги у Ани подкосились, и она вцепилась руками в раковину. Наверное, Дима женится. Или уже женился. Аня подставила ладони под струю холодной воды, намочила лицо и, глядя в зеркало, медленно закрыла кран. «А что ты хотела? — спросила она у своего отражения. — Думала, он будет верен вашей любви до гробовой доски? Нет, не будет. А вот ты будешь хранить верность… не любви, которую сама растоптала и размазала, нет, а своему кокону, медленно высасывающему твои силы. Посмотри на себя! Посмотри! На кого ты похожа? На ту, кем ты себя возомнила, — на несчастную жертву давно исчезнувшего прошлого!»