Тогда Георгий посмотрел и на меня тоже.
- Привет, - сказал я ему.
- Добрый день, - Георгий вопросительно посмотрел на Лену.
- Знакомьтесь. Мой хороший друг. – Она выделила слово «хороший», а не «друг». И я понял, в чем дело.
- Георгий, - он протянул мне руку, и я заметил мелькнувший испуг в его глазах.
- Юра, - соврал я.
- В театр собрались? – задал глупый вопрос Георгий.
- Да, вот выгуливаю Лену, а то все киснет… - и я еще раз чихнул и обернулся к Лене. Она стояла и просто смотрела на Георгия. Это уже даже неприлично, если честно.
- Как представление? – и Георгий посмотрел через меня на Лену.
- Плохо. Думаем уходить. – я тоже обернулся на Лену.
Так мы стояли какое-то мгновение - и смотрели на Лену. Отчего она еще больше растерялась, отступила назад и села на скамейку. И только тогда я подумал, что, наверное, это все - была плохая идея.
Георгий обошел меня и сел рядом с Леной. Она, не поднимая головы, чуть отодвинулась. Я встал рядом. И Георгий решился.
- Мне много надо сказать тебе.
Лена промолчала.
- Мы можем поговорить?
И тогда я сказал:
- Да!
Они уже минут двадцать сидели за столиком, за это время я успел прогуляться по театру, посмотреть фотографии актеров в тяжелых рамах и переговорить с гардеробщиком. И вернулся.
Заметив, что я подхожу, Лена тут же встала. Значит, все плохо. Жаль…
- Проводи меня, - она достала из сумочки номерок и обернулась к Георгию:
- Пока!
- Пока… - он даже не посмотрел – только растерянно глядел в сторону и как-то криво улыбался.
И я тоже сказал:
- Пока! – и почему-то взял Лену за руку. Ее ладонь была чуть влажной и очень холодной. Но пальцы не дрожали.
- Все в порядке? - спросил я.
- Нет. – ответила Лена. – Это ты придумал?
И я понял, что пришел час расплаты.
- Извини, я хотел, как лучше.
- Кому? О, Господи, кому ты хотел, как лучше? Мне? – глаза у Лены заблестели, я понял, что она сейчас заплачет. Прямо здесь, возле гардероба.
- Успокойся, пожалуйста. Ничего не произошло. – Я обнял ее, и она не отклонилась. – Успокойся, все хорошо.
- Я… я… я не знала, что ему сказать… зачем? Зачем ты так?
- Он изменился? – надо было сейчас, немедленно попробовать разговорить Лену, чтобы отвлечь ее хоть чуть-чуть от каких-то непонятных мне мыслей, тем более, что ничего другого в голову пока не приходило.
- Да, очень… Нет… Он другой. Но, я не знаю, как объяснить…
- Понятно. Есть платок?
- Да, сейчас.
Она достала платок и очень осторожно промокнула слезы.
- Прогуляешься со мной?
- Пойдем… Куда?
- Просто пройдемся. Надо поговорить с тобой.
Ну что ж… Я сделал ошибку и должен заплатить за нее. Сейчас, наверное, выслушаю все, что заслужил.
Мы оделись и вышли на улицу. Было еще не темно и погода способствовала прогулкам. Как назло…
Какое-то время Лена молчала, - и я тоже молчал. В такой ситуации всегда лучше молчать, любое слово только ухудшает положение. Так я думал. Возможно, это и не так. Теперь уже все возможно. Как психолог в своих глазах я упал ниже плинтуса. И не собирался делать вид, что ничего не случилось. Случилось.
Лена шла тихо, она больше не плакала, просто очень серьезно и напряженно о чем-то думала, но не вслух, как иногда бывало, а пугающе молчаливо и мне было понятно, что я очень скоро буду ознакомлен с выводами, хочу того или нет.
- Зайдем? – всегда лучше перекусить в такой ситуации. А тут приличный знакомый бар, с живой музыкой…
Лена посмотрела, узнавая, мы были с ней здесь как-то. Молча кивнула.
Любимый мною столик в дальнем углу зала был, к счастью, свободен. Мы сняли одежду и сели на небольшой диванчик. Лена почему-то улыбнулась. Так. Уже хорошо.
Заказали поесть и немного вина. Народу было немного, но постепенно зал заполнялся. Уже пришедшие музыканты пили свой кофе за специальным столиком и неторопливо расставляли оборудование на сцене, уже официант поставил перед нами восхитительно пахнущий заказ, уже я разлил вино по бокалам и предложил выпить «за Лену», когда она, наконец, словно очнувшись, поправила волосы, улыбнулась, и, звякнув своим бокалом о мой, сказала: