– Да, – как-то не очень восторженно подтвердил Лаэрт.
– Чудесно! – я захлопала в ладоши. – Нигде ты от меня не скроешься!
Раздался резкий звук. Это у папы из пальцев выпала серебряная ложка. Он моргал глазами так, что мне кажется, я слышала, как захлопываются его веки.
– Какая любовь! – выдохнула мама.
После обеда Лаэрт, как благовоспитанный молодой мужчина, попросил позволения погулять с милой невестой наедине.
– Разрешаю, но без вольностей, – погрозил ему пальцем отец.
– Я дотерплю до брачной ночи, хоть это и так сложно, – притворно вздохнул Лаэрт.
Сладко ему улыбнувшись, я подала руку, которую он преувеличенно нежно принял. Наша парочка источала сплошной мед, страшно в сад выходить, вдруг пчелы налетят. Неужто никто больше не видит, насколько это все неправдоподобно?
Мы прошлись по дорожке, ведущей вглубь аллеи. Скрывшись, от возможных свидетелей между деревьями, Лаэрт сжал мой локоть уже более грубо.
– Я знаю, что ты делаешь, – прошептал он, наклоняясь к моему уху, – выводишь меня из себя.
– Что ты, как я могу, любовь моя, – щебетала я, стараясь сделать голос тоньше, – разве я могу сказать то, что тебя расстроит, мой милый?
– У тебя как-то это все же вышло, – он развернул меня к себе за плечи, – Зелла, ты делаешь только хуже!
– Как именно, свет очей моих, смысл жизни моей? – оказывается, я могу делать очень противный голосок.
– Вот этим! – рявкнул он, тряхнув волосами. – Сюсюкаешь, смотришь на меня влюбленными глазами, лебезишь и везде пихаешь свою любовь!
– Меня к этому всю жизнь готовили, о, мой господин! – на этот раз я попыталась сверкнуть очами, так что чуть не ослепила жениха.
– Я уже скучаю по той молчаливой девчонке, которая просто казалась мне скучной заучкой и слишком уж правильной.
– Хочешь, чтобы я стала неправильной, любимый? – воскликнула я с восторгом. – Только прикажи.
– И прикажу! – его глаза сузились. Он привлек меня за плечи, наши лбы и носы почти соприкасались.
– Будь уверена, тебе не сбить меня с толку, дорогая. Я совсем тебя не успел узнать за семнадцать лет договоренности наших родителей. Что верно, то верно. И у тебя, оказывается, все это время был характер. Но не думай, что тебе удастся вывести меня настолько, чтобы я отменил свое заклинание. И дал возможность сорвать нашу свадьбу. Готовься к празднику, Зелла.
Он вдруг улыбнулся, и эта улыбка показалась мне демонической. Особенно с моего ракурса.
– И не пытайся больше сбежать. Я чувствую, когда пытаются сломать мое заклятье. В следующий раз ты не отделаешься легким обмороком.
5.2
Жизнь – боль, все мои чувства – тлен.
Надежда не поможет.
Вот, что вертелось в моей голове, когда на следующий день я совершала прогулку верхом по родному имению, которое, вероятно, так сильно желал получить Лаэрт Телеро.
Иначе, зачем ему еще идти на такие мерзости?
Если бы я могла отдать свое наследное право кому-то другому, сделала бы это сейчас, не задумываясь.
Путь мой лежал мимо вишневого сада, где уже вызревали поздние сорта, и сладкий запах питал все вокруг.
Можно было рвать ягоды, не слезая с лошади. Но что-то не хотелось. Я проследовала дальше, в липовую аллею, которая заканчивалась великолепным городком, где я играла все свое детство, да и в подростковом возрасте любила прятаться в миниатюрных домиках и макетах дворцов с книжкой.
Какие счастливые времена были, когда я верила, что храбрые и прекрасные принцы спасают принцесс от злых драконов. А не выступают в их качестве, как в моем случае.
Розовые мечты с запахом ванили не перенесли правды жизни и утонули в омуте отчаяния.
Насыщенный аромат яблок, такой густой, что тронул крылья моего носа, возвестил о приближении к яблоневому саду раньше, чем я увидела деревья с гнущимися от плодов ветвями.
Опять я еду в сторону поместья Телеро.
Мое проклятие. Он – мое наваждение, но нежеланное. Я не мечтаю о нем больше, но везде сталкиваюсь с напоминаниями…
– Зелла! Какая удача встретить вас здесь!
Радостный голос Хьюго Телеро застал меня врасплох. И мою лошадь тоже, поскольку она возмущенно заржала.
Кузен моего ненавистного жениха тоже прогуливался верхом.
– Ничего удивительного, метрано Телеро, – ответила я, – это ведь пока еще мой дом. Странно быть где-то еще.
– Доброго дня, прекрасная Зелла, – опомнился Хьюго, глядя на меня с теплыми искрами в серых глазах. Сегодня его длинные волосы были убраны в хвост, чтобы не закрывать обзора во время конного променада.