— Именно на ней, как поговаривают, и остановит свой выбор наследный принц. Ее отец занимает высокую должность в палате лордов, и он наследник огромного состояния. Его компания по производству металлических изделий — одна из самых крупных во всей Англии, и это торговое соглашение для него огромная удача. Я, признаться, поражена, что леди Кэтрин сама не представилась, поскольку, как всем известно, она при любой возможности не преминет нашептать об этом первому встречному.
— Знаешь, он на нее даже не взглянул. Удалился еще до того, как она успела рот открыть.
Каролина ахнула. Потом усмехнулась.
— Вот как! Расскажи мне все до мельчайших подробностей, особенно то, как она оскорбилась.
Элиза захихикала. Когда они подошли к бальной зале, Каролина оставила Элизу в сторонке.
— Ни шагу отсюда, обещаешь?
— Обещаю, — поклялась Элиза и помахала подруге.
Каролина поспешила прочь. И пока Элиза терпеливо ждала — от всего съеденного ей тяжело было даже пошевелиться, — она заметила неподалеку группу господ. Пригляделась повнимательнее: алусианцы и англичане, среди которых она опять заметила худощавого, поджарого помощника принца. Сейчас он казался невероятно взволнованным. Элиза бочком, стараясь быть незаметной, подвинулась поближе, делая вид, что дает пройти потоку гостей, расходящихся по своим местам по окончании танца.
— Как они смеют даже произносить слово «мятеж», — пробормотал один из алусианцев с сильно заметным акцентом. — Неужели они не понимают, что любая молва лишь подливает масла в огонь.
Голос показался Элизе на удивление знакомым. Или ей все голоса кажутся похожими?
— В таком случае их, вероятно, вообще не следовало приглашать, — отрезал алусианец. — Разумеется, вы должны знать, что… — Он резко замолчал и обернулся.
Элиза недоуменно уставилась на него. Она и не подозревала, что подошла слишком близко.
— Прошу прощения, — извинилась она и, развернувшись, поспешила к двери в бальную залу, пока никто ничего не успел сказать.
— Элиза!
В ужасе от того, что ей только что довелось подслушать, она напрочь забыла о приказе Каролины. Резко обернувшись, она увидела подругу под руку с каким-то джентльменом.
— Ты куда собралась? — Даже сквозь маску Элиза видела, что Каролина сердится.
— Э… — Она оглянулась на дверь.
— Я бы хотела представить тебе своего друга, если позволишь. — Каролина просто испепеляла ее взглядом, поэтому Элиза расправила плечи, улыбнулась и присела в реверансе. А следовало ли ей делать реверанс? Ах, ладно. Каролина позже обязательно раскритикует ее манеры.
Приятель Каролины оказался ростом с Элизу. На его носу громоздилась маска, но улыбка показалась приятной, и он поклонился.
— Разреши представить господина Говарда из Брайтона, — с надлежащим апломбом произнесла Каролина. — Господин Говард, познакомьтесь с моей близкой подругой, мисс Элизой Триклбэнк.
— Рад знакомству, мисс Триклбэнк. — Он вновь поклонился. — Прошу простить мне мою дерзость, но не окажете ли мне в удовольствии пригласить вас на этот танец? Леди Каролина уведомила меня, что в вашей бальной карте пока еще есть свободные танцы.
Элиза взглянула на Каролину, на лице которой заиграла улыбка, искусно скрывавшая нетерпение.
— Ты же с удовольствием потанцуешь, не так ли, Элиза?
— Заиграли кадриль, — сказал господин Говард, оглядываясь на зал.
— Благодарю вас, господин Говард. С огромным удовольствием, — ответила Элиза, кладя руку на подставленный им локоть. Наверное, она что-то опять перепутала. Не может она запомнить все эти правила.
— Ты должна вписать его имя, — напомнила Каролина, указывая на ее бальную карту.
Элиза вытянула руку:
— Быть может, ты окажешь мне такую любезность, Каролина. Я так боюсь допустить ошибку. — Если Каролина и заметила ее сарказм, то даже бровью не повела. Она быстро вписала имя господина Говарда.
— Готово, ступайте! — широко улыбнулась она, как будто отправляла ребенка в школу.
И Элиза с господином Говардом удалились танцевать. Что ж, Каролина была права — с кадрилью она справилась сносно. После Говарда она танцевала еще с одним джентльменом, приятелем господина Говарда. А потом — ужасный алусианский танец с каким-то алусианцем, который говорил с таким сильным акцентом, что она едва понимала его, поскольку пыталась сосредоточиться на замысловатых танцевальных па. И наконец, Элизе пришлось вальсировать с одним джентльменом, от которого невыносимо воняло табаком и спиртным.