- Мы тебя, конечно, сейчас подрихтуем, но что же это за дело? - ворчит женщина. - Невеста должна быть свежей и отдохнувшей!
У меня нет ни малейшего желания спорить. Еще когда только узнала про свадьбу, я была уверена, что уезжать из родительского дома будет сложно. Сейчас все изменилось. Я меж двух огней - дядей и Камаевым. И я не знаю, кто из них страшнее. Тот, кто с легкостью избил меня за провинность, или тот, кто станет моим мужем уже через несколько часов.
И кто люто ненавидит нашу семью…
Лиля приходит, когда с макияжем и прической уже покончено. Она, естественно, в новом платье. Шикарном. Да и сама она, надо признать, выглядит очень хорошо. Все-таки дядя не жалеет денег для нее.
- Рора, ты еще не одета, - осуждающе произносит она. - Давайте шустрее. Время-время!
Визажист кивает и заканчивает последние штрихи. Остается только одеться. Когда-то я мечтала, что помогать в такой день мне будет мама. Что она успокоит мое волнение, улыбнется и поддержит.
Но мамы нет. Как и папы с братом. Я одна. Дядя - не в счет. Не после того, что он сделал. Отчасти я даже рада, что сегодня перестану быть Черкасовой. Носить одну фамилию с ним я не хочу.
- Смотри-ка, неплохо, - выдает Лиля, обходя меня по кругу. - Даже в таком платье, как принцесса.
Мне кажется, в ее голосе прорезается зависть. Но я, естественно, молчу об этом.
- Помни, Рора, мужики думают членом, - говорит она и подмигивает, явно уже навеселе.
А мне вот совсем нерадостно. Внутри все скручивается в узел. Пальцы дрожат, и когда я пытаюсь поправить прядь волос, в итоге делаю только хуже. Лиля недовольно цокает языком, бьет меня по рукам и делает все сама.
- Слишком бледная! Давай, улыбнись! Ты замуж все-таки выходишь!
- А если я не хочу? - едва слышно шепчу скорее для себя самой.
- Мало было в прошлый раз? - вдруг так же тихо спрашивает она. - Что ж ты за дура такая, а? Еще хочешь, чтобы поучили уму-разуму?
Жмурюсь, чтобы не видеть этого тошнотворного белого платья. Все меня раздражает и вызывает отторжение. В ушах нарастает гул, и я всерьез думаю, что вот-вот упаду.
- Аврора, подумай хорошо, прежде чем что-то выкинуть. Подставишь Мишу, он тебя не пожалеет больше. Если испортишь свадьбу, закончишь в канаве, - предельно серьезно говорит Лиля. - Давай, вот, выпей воды.
Мне непонятно, откуда у нее вдруг такая забота, но воду все же пью. Становится чуть легче. И ровно в этот момент дверь открывается, и в спальню заходит дядя.
- Готовы? Там гости пожаловали.
- Какие гости? - сипло спрашиваю, вспоминая вчерашний визит Литовских.
- А ты спустись, и узнаешь, - цинично усмехается он. - Давай, племянница. Не заставляй повторять дважды. Думаю, урок ты уже усвоила, - многозначительно добавляет дядя.
От его намека внутри все застывает. Кажется, даже сердце удар пропускает. Такая незаметная для других угроза для меня звучит как приговор. Покорно киваю и иду на выход. Спускаюсь на первый этаж, молясь, чтобы это был кто угодно, только не эти головорезы.
В ушах снова шумит. Видимо, это становится моим нормальным состоянием. Меня трясет, и туфли на высоком каблуке внезапно становятся неудобными и лишними. Мне требуется все мое мужество, чтобы пройти еще несколько шагов, прежде чем я вижу, что, вопреки всем договоренностям, Камаев приехал за мной.
Сам…
- 12 Ильяс -
Когда Черкасовы, наконец, уходят, брат сразу же заводит разговор:
- Почему ты отпустил их просто так?
- А чего ты хотел?
- Почему не настоял на проверке? - продолжает кипятиться Данияр.
- Зачем? - холодно смотрю на него. Когда-то ведь и я таким был - горячим, скорым на расправу. И, наверное, оставался бы сейчас, если бы не смерть отца. - Чего ты добиваешься? Хочешь развалить весь план?
- Хочу унизить этих тварей! - вскидывается он. Сжимает кулаки. Его злость кипит так, что я отлично чувствую это, даже не глядя на брата.
- Остынь. И больше не встревай. Мы вроде договорились, и ты сам согласился…
- Ты уверен, что девчонка нам нужна? - внезапно спрашивает Дан. - Она - дочь врага, Ильяс. И будет жить в нашем доме?!
- Не волнуйся, это не продлится долго, - пытаюсь успокоить его. Меня и самого коробит приводить Черкасову в родительский дом.
- Отец бы не одобрил!
- Они все заплатят за смерть отца. Каждый, - чеканю, чтобы донести до младшего главное.
- Пока этот ублюдок только условия диктует! А ты - ему потакаешь!
- Наберись терпения, Данияр, - строго возражаю ему. - Всему свое время. Мы отомстим. И больше не вноси гениальных предложений. Я сам знаю, чем и когда унизить Черкасова. Перегнешь палку, все придется начинать сначала.
Брат бесится. И я его понимаю - самого корежит, что приходится использовать такие методы. Я всегда предпочитал иное.