- Да, - тихо отвечаю. - Но меня будут искать…
- Ты плохо понимаешь?
- Мой дядя, он…
- Плевать, - отрезает похититель. - Хочешь выжить - слушайся. А будешь лезть на рожон, я решу, что тебе скучно, и ты предлагаешь поразвлечься.
При этом он проходится по мне таким взглядом, что я невольно отшатываюсь и обхватываю себя руками, только бы прикрыться.
- Надеюсь, мы друг друга поняли?
Я едва ли киваю на эту угрозу. Да и что я могу?
Мужчина уходит, а я бросаюсь к окну, проверяю замок, но все заперто, а ручек нет. Обессиленно сажусь на кровать, стоящую тут же рядом.
Зачем я сбежала? Если бы я только знала…
До самого вечера ко мне никто не приходит. Из окна виден только внутренний сад, а там - никого. Мне нечем заняться. Я хочу есть и пить, но стучать и требовать что-то банально боюсь. Если вдруг похитители решат, что я нарываюсь, то не смогу отбиться. А так остается хоть какой-то шанс.
Злюсь на Камаева - это ведь из-за него я, по сути, оказалась тут! Если бы не он!
Злюсь на дядю, который устроил все это, и вынудил меня искать возможность избежать принудительного брака.
Злюсь на Лилю, которая навязывала свои советы и только сильнее пугала.
Злюсь на себя, что не побежала сразу, как только машина притормозила. Тогда, может, и удалось бы скрыться…
А ближе к вечеру обо мне, наконец, вспоминают - слышу, как щелкает замок, а затем дверь открывается…
- 7 Аврора -
На пороге оказывается один из похитителей-близнецов. Кажется, Самир. В его руках - поднос. Он медленно заходит в комнату, цепко оглядывает меня, затем так же внимательно смотрит по сторонам.
- Ужин, - скупо выдает и разворачивается к двери.
- Вы знаете, кто я? - спрашиваю, пока он еще не ушел. - Знаете мою фамилию?
- Считаешь, что она должна меня волновать? - криво ухмыляется он, все-таки остановившись.
- Конечно, - уверенно отвечаю. - Мой дядя найдет меня. И вам не поздоровится!
- Да ну? - он настолько самоуверен, что я начинаю сомневаться. Но выбора-то все равно нет. Я должна пытаться хоть что-то разузнать о том, почему я здесь.
- Я - Черкасова.
Лицо мужчины искажает презрением, граничащим с брезгливостью. Словно я ему таракана показала.
- Херовое достижение, - рубит он. - Еще есть чем похвастать?
- Вы что-то имеете против моей семьи? - хватаюсь за зацепку. - В этом все дело?
Я даже вскакиваю с постели, подхожу ближе.
- Надеешься, я стану отчитываться перед тобой? - похититель смотрит на меня с откровенной злостью.
- Было бы неплохо, - складываю руки на груди. Футболка натягивается, и взгляд мужчины опускается как раз на нее.
- Наглость - второе счастье, да, Черкасова? - цедит он, делая шаг ко мне. - Милая мордашка и услужливая рогатка - вот и все, что у тебя есть! Впрочем, если тебе так скучно, и ты не понимаешь, что значит сидеть тихо и не отсвечивать…
Я отступаю, испуганно глядя на того, кто, кажется, всерьез вознамерился принудить меня к близости.
- Н-не надо!
В памяти тут же всплывает образ мамы после ее возвращения. Липкий страх окутывает с ног до головы.
- Я предупреждал, но ты же упрямая, - ухмыляется Самир. - Давай, раздевайся. Отымею по полной, Черкасова. Еще добавки попросишь!
- Нет! - кричу, когда он хватает меня за горло. Вцепляюсь в его пальцы, пытаясь убрать. Но силы неравны. В голове мелькает, что пусть уж лучше придушит, чем вот так, попользует.
- Еще раз рыпнешься, и мы с братом трахнем на двоих, усекла?
- Да… - с трудом отвечаю.
- Мерзкая тварь, - бросает он напоследок, а затем уходит. Я же еще долго прихожу в себя после такой встряски.
К ужину в этот вечер я так и не прикасаюсь. А сон в первую ночь рваный и беспокойный. Мне чудится, что за мной приходит охрана дяди, меня спасают, а этих двоих - расстреливают меня на глазах.
Снова и снова просыпаюсь с немым криком. Закрываю рот ладонью и с ужасом смотрю на дверь, боясь, что похитители ворвутся и накажут за шум.
На следующее утро мне снова приносят еду. На этот раз не Самир, а тот, другой.
Я молчу. Помню о том, что случилось вчера, и банально боюсь.
Весь день до меня нет никому дела. Из окна я не вижу ничего нового. Звукоизоляция здесь такая, что посторонних шумов практически и нет.
Я начинаю сходить с ума от неизвестности на третий день. Мне постоянно кажется, что все это - изощренная пытка. Что впереди меня ждет что-то еще более страшное. Ведь каждый раз похитители бросают на меня взгляды, полные ненависти, так что я уверена - живой меня не отпустят. Ну, или, как минимум, здоровой.