Моя комната была в самом дальнем конце. Летом тут было прохладно, а зимой очень холодно. Горничные часто забывали топить камин. Вот и сейчас, открыв скрипучую дверь, я оглядела темное, холодное помещение и тихо вздохнула.
Комнаты не была плохой, нет. Но это была гостевая комната. Ларетту переместили сюда еще в десять лет, сказав, что Аурелии нужна солнечная сторона и пообещали переделать другую комнату под требования Ларетты. Но родители забыли об этом, а Ларетта не напоминала. Она жила в этой, пусть и достаточно большой, но темной и холодной комнате уже половину жизни.
Я сняла зимнюю накидку, кинула ее на стоявший у холодного камина диван и подошла к кровати. За те две недели, что я прибывала в этом теле, я успела свыкнуться с этой комнатой. Она была куда лучше той, что я получила в своем мире.
— И что же мне делать? — тихо прошептала я, упав на кровать и закрыв глаза.
По истории Ларетта должна была умереть через полгода. Аурелии как раз исполнится пятнадцать. В тот вечер она уедет на свой дебют, а ее старшая сестра тихо умрет в своей комнате. Аурелии не буде дома неделю и за это время ни один член семьи так и не поинтересуется состояние Ларетты. О ее смерти первой станет известно именно Аурелии.
Я не хотела такой участи! Я устала быть невидимкой! Я уже умирала однажды! Мне не хотелось снова... снова лежать в одиночестве и думать о неизбежности судьбы! Я точно должна выжить! А сделать это можно только сбежав из этого мерзкого места!
— Придется воспользоваться им, — тихо сказала я, решительно нахмурившись.
У Ларетты был жених — герцог Эдвард Блэк. Виделась она с ним лишь однажды — во время соей помолвки. С тех пор прошло уже больше трех лет. Почему же так случилось? Все просто. Все это время герцог был на войне, поэтому свадьба все время откладывалась. Да и, если честно, мало кто хотел связываться герцогом Блэком. О нем ходили странные слухи, мол, он потомок волка. В будущем он должен был стать одним из злодеев. В истории он успел появиться только в самом начале, когда приехал на похороны своей невесты. Аурелия описывала его, как холодного, пугающего мужчину, который приехал лишь ради формальности. Так оно и было, потому что Ларетту он не любил. Но историю я не дописала, поэтому становление его злодеем было маловероятно.
Но все это было неважно. Самым важным было то, что через три года после смерти Ларетты, именно в землях герцога Блэка было изобретено зелье, способное излечить болезнь маны. Это было еще одной больной темой для Аурелии, которая после этих новостей рыдала в объятиях принца и спрашивала у него, почему это лекарство не было изобретено раньше. На самом деле, смерть старшей сестры, была катализатором для отношений главных героев. Когда я писала книгу, мне очень хотелось, чтобы Ларетта хотя бы в воспоминаниях была... значимой. Но сейчас я хотела жить, даже если ради этого мне придется сбежать к жениху.
Трех лет, чтобы дождаться лекарства, у меня не было. Поэтому мне придется все взять в свои руки. А сбегать надо в течение этих двух недель, потому что после, дорога будет перекрыта — начнутся песчаные бури. Дорога к герцогству лежала через пустыню, а погода и климат в этой стране был крайне изменчивый. Когда я писала книгу, то мало что вообще понимала в метеорологии. Да и сейчас, если честно, тоже мало в ней разбиралась.
Я села на кровати, прижала ладонь к лицу и попыталась унять тот стыд, что охватил все мое существо. Оказаться в своем собственно произведении? Что могло бы быть хуже для автора? Да еще и в теле такого бесполезного персонажа! Почему не главная героиня? Почему хотя бы не злодейка, которая попробует отравить Аурелию?! Почему та, что должна умереть?! И не от рук кого-либо, а от чертовой неизлечимой болезни!
— Ладно, — я успокоилась, встала с кровати и подошла к окну, за которым находился красивый сад, сейчас покрытый белым снегом. — Надо начать готовиться к переезду. Предупреждать о своем приезде, герцога не буду. Иначе он свяжется с отцом и тот снова обвинит меня в непочтительности. Но вот попросить денег у родителя стоит. Хотя не факт, что он мне их даст.
Я потянулась, улыбнулась и решительно нахмурилась. Я сделаю все, чтобы выжить. Возвращаться в свой мир мне не хотелось. Там мое положение было куда хуже, чем здесь. Да и кто меня ждал? Родители? Вот уж нет. Они были только рады избавиться от такого бремени, как я. Но самое главное — мне не хотелось снова проходить через муки смерти. Это больно.