По дороге Гиз ни о чем особенном не говорил и, поцеловав Беатрис, сразу же уехал к Дереку. Она вошла в дом, чувствуя себя совершенно опустошенной. Ей казалось, что она не уснет. Но, тем не менее, уснула, едва голова ее коснулась подушки.
Мама, пришедшая со стаканом теплого молока в качестве успокаивающего, стояла и смотрела на спящую дочь с разметавшимися по подушке волосами. Убедившись, что с нервной системой Беатрис все в полном порядке, она вернулась на кухню и выпила молоко сама, чувствуя, что ей-то оно не помешает. Конечно, без Беатрис она будет скучать, но ей нравится Гиз, более того, она гордится таким зятем. А Беатрис уезжает жить в прекрасный дом, ее ожидает благополучное будущее. Так почему же она так волнуется? Она даже задала этот вопрос мужу, когда они ложились спать.
— Ты не должна волноваться, дорогая, — отвечал он. — Как я тебе уже говорил, они взрослые люди и знают, чего хотят. Завтра они поженятся. И я уверен: никогда не пожалеют об этом. А теперь спи, милая. Я хочу, чтобы ты была самой очаровательной мамой невесты, которую только видел наш городок.
В соответствии с традициями Беатрис завтракала, не вставая с постели, разбрасывая повсюду крошки. Она выпила несколько чашек чаю, правда, постаралась особенно не растягивать этот ритуал, так как ее ожидал сложный процесс одевания.
Позже, идя по церковному проходу под руку с отцом и гордой Алицией в розовом платье позади, Беатрис думала, что весь городок, — приглашенные и не приглашенные, — собрался в церкви, но лиц она не различала. Видела только широкие плечи Гиза, и, когда он обернулся, она счастливо улыбнулась ему. Он улыбнулся в ответ, глядя на ее прелестное лицо под вуалью. Беатрис действительно была прекрасна.
Церемония началась, прихожане с удовольствием пели гимны, а те, кто не смог попасть в церковь, ждали на улице. Потом все бросали конфетти, пока новобрачные шли по дорожке к машине. Там Беатрис сказала:
— А не такая уж тихая у нас получилась свадьба!
— Все было восхитительно! Я чувствую себя невероятно женатым. — Он снова улыбнулся, взял ее руку и поцеловал ладонь.
— Алиция держалась великолепно, правда?
— Просто замечательно, и выглядела такой хорошенькой...
Больше ни на что у них времени не хватило, потому, что машина остановилась у дома. Сразу после этого приехали родственники и гости.
Гиз все время находился рядом, но поговорить им не удавалось. Вокруг толпились гости, и где-то поблизости все время была Алиция. Это похоже на сон, думала Беатрис, разрезая вместе с Гизом свадебный пирог, улыбаясь и до сих пор не веря, что все происходит на самом деле. Теперь она жена Гиза, она любит его, а все остальное не имеет значения.
Беатрис поднялась наверх вместе с Алицией, чтобы переодеться. Девочка сидела на кровати и, путая два языка, болтала о том, как жалко, что она не едет вместе с ними, но как здорово, что она остается вместе с дедушкой и бабушкой.
Наконец они спустились вниз. Гиз уже ждал их. Он тоже переоделся в твидовый костюм и теперь стоял, окруженный группой смеющихся гостей, но, как только они вошли в зал, поспешил им навстречу. На ней был клетчатый коричнево-бежевый костюм и кремовая блузка из чесучи. На шею она повязала элегантный шарфик от Гуччи, на ноги надела коричневые замшевые туфли на низком каблуке, а весь ансамбль дополнял, маленький берет, сделанный волшебницей мисс Фиш. Беатрис знала, что хорошо выглядит, но ей было приятно видеть одобрение в глазах мужа.
Зная, что Гиз не любит долгих прощаний, Беатрис пожелала гостям всего наилучшего и села в «бентли». Алиция заглянула в окно машины и подставила щеку для последнего поцелуя. Наконец молодые тронулись, осторожно пробираясь через толпу. Они отъехали уже достаточно далеко, когда Гиз сказал:
— Незабываемый день! Все были так доброжелательны, даже леди Доули, хоть я и должен заметить, что ее назойливость несколько раздражает.
— Она и тебе устраивала допрос? Ее так все интересовало...
— О да! Дай ей волю, и она начала бы выяснять состояние моего банковского счета.
— А мне она постоянно говорила, какая я счастливая...
Гиз улыбнулся.
— А мне кажется, что счастливчик — жених! Как ты считаешь?
— Надеюсь, мы оба будем счастливы, — сдержанно заметила Беатрис.
— Не сомневаюсь. Жаль, что нельзя опять повторить весь этот день, чтобы можно было хорошенько полюбоваться моей женой. Беатрис рассмеялась.