Миссис Фрэнклин сказала:
— Пожалуйста, уйди, Билл. Я ужасно устала.
Бойд Кэррингтон забеспокоился.
— О, Бэбз, поездка оказалась для тебя слишком утомительной? Мне так жаль. Какой я безмозглый дурень. Я не должен был позволять тебе так перетруждаться.
Миссис Фрэнклин озарила его ангельской улыбкой мученицы.
— Не хочу ничего говорить. Ненавижу быть надоедливой.
Мы оба, немного сконфуженные, вышли из комнаты, оставив женщин вдвоем.
Бойд Кэррингтон сокрушенно заметил:
— Что я за дурак. Барбара казалась такой веселой и оживленной, что я напрочь забыл, что ей не следует переутомляться. Надеюсь, она не забелеет.
Я машинально ответил:
— О, по-моему, после отдыха ночью она будет в полном порядке.
Он спустился по лестнице, Я поколебался и затем отправился по другому крылу к своей комнате и комнате Пуаро. Должно быть, коротышка меня ждет. В первый раз мне не очень-то хотелось к нему идти. Я был слишком занят своими мыслями и по-прежнему ощущал какую-то странную тупую боль внизу живота.
Я медленно брел по коридору.
Из комнаты Аллертона до меня донеслись голоса. Не хочу сказать, что я сознательно к ним прислушивался, хотя и совершенно машинально остановился на минутку возле двери. Потом неожиданно она открылась, и оттуда вышла моя дочь Джудит.
Она встала как вкопанная, увидев меня. Я схватил ее за руку и потащил в свою комнату. Внезапно я страшно рассердился.
— Что ты делала у этого человека?
Она устремила на меня твердый взгляд. Никакого гнева — только лед и холод. Несколько секунд она не отвечала.
Я встряхнул ее за руку:
— Говорю тебе, я этого не позволю. Ты не знаешь, что делаешь.
Тогда она сказала низким едким голосом:
— По-моему, у тебя очень развращенный склад ума.
Я заявил:
— Может быть. Наверное, на меня повлияли упреки вашего поколения. По крайней мере, у нас есть определенные стандарты. Пойми, наконец, Джудит, я запрещаю тебе, абсолютно запрещаю иметь дело с этим человеком…
Она твердо взглянула на меня и потом спокойно сказала:
— Понятно. Вот, значит, как.
— Ты отрицаешь, что влюблена в него?
— Нет.
— Но ты не знаешь, кто он такой. Ты просто не можешь знать.
И специально, не смягчая слов, я повторил ту историю об Аллертоне.
— Вот видишь, — закончил я. — Вот какая он грязная скотина.
Похоже, она осталась совершенно равнодушна. Лишь ее губы скривила презрительная усмешка.
— Могу тебя заверить, что никогда не считала его святым.
— Да какая разница? Джудит, ну не такая же ты испорченная.
— Если хочешь, можешь назвать меня и так.
— Джудит, ты не должна… ты не…
Я не мог найти слов для выражения своих мыслей. Она вырвала свою руку из моей.
— А сейчас послушай, отец. Я делаю, что хочу. Ты не можешь меня напугать. И твои проповеди тоже ни к чему. Я буду жить так, как пожелаю, и ты не сможешь меня остановить.
Она вышла.
Я почувствовал, как у меня дрожат коленки.
Я опустился на стул. Все было хуже… гораздо хуже, чем я думал. Дитя было им увлечено… потеряло голову. И мне было не к кому обратиться за помощью. Ее мать, единственный человек, которого бы она послушалась, умерла. Я мог надеяться только на самого себя.
Не думаю, что когда-либо в жизни раньше или позже я страдал так, как страдал тогда…
Вскоре я очнулся. Я умылся, побрился и переоделся. Я спустился к обеду. Я вел себя, как мне казалось, совершенно обычно. Похоже, никто ничего не заметил.
Раз или два я видел, как Джудит бросала на меня любопытный взгляд. Должно быть, она недоумевала, как это мне удается выглядеть так, словно ничего не произошло…
В душе я все больше и больше набирался решимости.
Мне нужна была храбрость… храбрость и изобретательность. После обеда мы вышли из дома, смотрели на небо, делали замечания насчет духоты, предсказывали дождь, грозу… бурю…
Краем глаза я увидел, как Джудит скрылась за углом дома. Вскоре и Аллертон пошел в том же направлении.
Я быстренько завершил разговор с Бойдом Кэррингтоном и последовал за ними.
Нортон, думаю, пытался меня остановить. Он взял меня за руку. Он пробовал предложить прогуляться к розарию. Я не обратил на него внимания.
Он все еще был со мной, когда я завернул за угол. Они были там. Я увидел поднятое вверх лицо Джудит, увидел склонившегося над ним Аллертона… увидел, как он обнял ее… как они поцеловались.
Потом они быстро отступили друг от друга. Я сделал шаг вперед. Чуть ли не силой Нортону удалось оттащить меня назад.