Н а к а т о в. Заснул я! Ишь как! Отвык от водочки… (Смотрит на сидящих вместе Дашу и Ивана.) Вы чо, молодые, пригорюнились? Эх, ясное море! Подладиться надо ко всякому обстоятельству. Живем с обстоятельством. Об нас думают. А не думали бы, должно быть, и не кормили. Раз харч есть, остальное добудем.
Входит С и м а.
С и м а. Товарищи, кто сейчас сходит? Скоро станция.
А н н а. Коляня, давай собираться.
К о л я. Мам, мы же с дедушкой…
А н н а. Нет, Коляня! Прости нас, Тимофей Евпатович… Господи… Как девушку зовут, проводницу?
К а т я. Сима.
А н н а. Сима! Симушка! Бабушка померла!
Н а к а т о в. Ясное море… (Ковыляет к Усольцевой.) Ты чо, баушка? Ясное море… Нету…
К старушке подходят все, обступают ее. Коля сидит один.
С т о й л о в. Дела…
С и м а. А чо делать?! Делать-то чего?!
С т о й л о в. Иди к бригадиру. Снимать ее на этой станции надо. Куда же она ехала? Где у нее документы?
С о м о в. Усольцева. Я запомнил.
Л и д и я. Мы с тобой уедем на дачу… Я буду с тобой! Тебе хватит этого общего вагона на всю жизнь! Послушай меня… Я буду помогать тебе, я буду на тебя работать, буду работать каждую минуту!
С о м о в. Я не знаю…
К о л я (кричит). Мам!!! Не на-а-до!.. Не хочу-уу-у! А-а-а!
Анна кидается к сыну.
А н н а. Нельзя, сыночка, нельзя! Начальство велело! А как искать станут? А нас нету? Посадят… Тебя посадят! Тимофей Евпатыч, тот простит нас…
К о л я. Не-е-ет…
Пауза.
Н а к а т о в. Эх, Аночка, понапрасну сгинете… А так бы хорошо жили. И карахтер у меня легкий, язык ловкий. Садочек у меня, ульев шесть штук держу. Если разобраться, так я ишо и не старый!
Анна молчит и только собирает вещи. Коля неотрывно смотрит на мать.
С о м о в. А в самом деле, зачем вам туда, где вас никто не ждет?
А н н а. Ничо, теперь проживем! А начальство поглядит, подобреет и полюбит. Скажет: ну, Ситниковы люди хорошие, давайте вертать их назад! Я ведь грамотная была, а за работой все забыла. А Коляня у меня умный! Смотришь, какое лекарство выдумают, поправлют его… Он может еще такое вытворить, что и в газете напишут. Мне бабушка денег дала… я теперь Коляню лечить стану.
С о м о в. Лида, а в самом деле, ну куда я?! Там же у меня ничего нет. Там меня, наверное, и забыли! Я приеду — и что? Сказать, что вот некогда я жил.
Л и д и я. Ты умный и хороший, а я хочу быть тебе полезна. Именно полезна, и именно тебе! Мы подъезжаем, и дальше начнется наше шествие назад… У нас нету дороги вперед. Нам нужно вернуться назад, чтобы после мы могли пойти, а не поехать вперед. (Прижимается к Сомову.) А я так испугалась, так испугалась! Теперь ты мой, мой! Я буду на тебя работать, и это так прекрасно…
В вагон проскальзывает Г о л о с к о в. Ищет глазами Стойлова. Его замечает Иван.
И в а н (идет навстречу Голоскову). Иди сюда!
Г о л о с к о в. Я на минутку. Мне с хозяином надо проститься.
И в а н. Не надо. Все сполна получили. Или тебе мало?
Г о л о с к о в. Уйди!
С т о й л о в. Голосков…
Пауза.
Пропусти его… Пропусти его, солдат, пусть он сделает и уходит…
Г о л о с к о в (визжит). Пусти! (Бьет Ивана несколько раз ножом.)
Иван, мотаясь, делает несколько шагов и падает в проходе. Голосков и Стойлов стоят друг против друга, разделенные телом Ивана, Голосков пятится и неслышно выскальзывает.
С т о й л о в. Солдатик, зачем? Мальчик… (Становится на колени.)
Поезд останавливается.
А н н а. Пропустите нас! Мы тута ни при чем!
Толкает в спину Колю, тот качаясь идет к выходу, переступая через Ивана. Следом уходит Анна, За нею, словно придя в себя, выходят Сомов и Лидия, Шишигин и Катя. Стойлов поднимается, видит застывшую Симу.
С т о й л о в. Иди, срочно зови… всех зови! (Берет портфель и уходит.)
Свет на короткое время гаснет. Когда он загорается вновь, поезд трогается с места.