П о л и н а. Оросить эти участки предложила я! И не для того, чтобы ты орден получил…
П о с п е л о в. Хватит! Все ты, ты! И так уже по селу говорят, что ты меня председателем сделала!
П о л и н а. Это смешно.
П о с п е л о в. Тебе! А мне?
П о л и н а. Ты же знаешь, Федор…
П о с п е л о в. Ничего я не знаю! Если я иду к Горюнову, значит, так надо!
П о л и н а. Конечно… Сейчас они тебе фимиам курить станут.
П о с п е л о в. Не порть мне настроение!
П о л и н а. Я даже знаю, зачем они тебя зовут…
П о с п е л о в. Зачем?
П о л и н а. Квартира им нужна. А у них дом. И хороший!
П о с п е л о в. Все равно я Горюнову квартиру дам! Иди поищи еще такого бухгалтера! Он мне фундамент строит! Он для меня старается!
П о л и н а. Федор! Мы же не о том мечтали!
П о с п е л о в. Это ты мечтала! А я жил реальной жизнью! Да! Я к земле близко стою! Могу с людьми выпить и песни спеть. И потом, Полина, живи ты проще! Ну какая ты интеллигенция, а?
П о л и н а. Да! Да, интеллигенция! И ты тоже! Только забыл…
П о с п е л о в. Да мы с тобой вот тут родились! Рассказихинские.
П о л и н а. Разве в Рассказихе не могут рождаться интеллигентные люди?
П о с п е л о в. Наверное, могут. Да тебе-то от этого что?!
П о л и н а. Хорошо, хорошо.
П о с п е л о в. Значит, не идешь?
П о л и н а. Нет.
П о с п е л о в. Не закрывайся тогда. Эх, Поля!
П о л и н а. Я же не держу тебя.
П о с п е л о в. Еще бы!
Занавеска закрывается. Поспелов направляется к Горюновым. Вбегает К у з ь м а.
К у з ь м а. Федор Константинович!
П о с п е л о в. А, Кузьма… Чего это с кнутом?
К у з ь м а. Верно! Привычка, товарищ председатель.
П о с п е л о в. Ты что, пьян?
К у з ь м а. Есть маленько… Больше с горя, чем с радости. Коней я сдал.
П о с п е л о в. Завтра отчитаешься.
К у з ь м а. Поначалу-то я, конечно, того… А потом этого…
П о с п е л о в. Говори ясней!
К у з ь м а. Узнал, значит, куда коней! Надо прямо сказать, большое мы дело совершили! Помогли государству. А как же, верно? Мы должны всегда быть готовы!
П о с п е л о в. Зарапортовался.
К у з ь м а. Так что, выходит, у меня сегодня праздник!
П о с п е л о в. Раз праздник, гуляй!
К у з ь м а. Слушаюсь!
П о с п е л о в. Чудак ты!
К у з ь м а (встает, достает из-за пазухи квитанции). Все тут… (Читает.) Кобыла Марфа… жеребец Буян, мерин Лемех, все тут! Там все…
П о с п е л о в (забирает бумагу). Ничего, Кузьма, теперь механизатором станешь.
К у з ь м а. Федор Константинович, всех-то не надо бы, а? Кони больно хорошие были…
П о с п е л о в. Колбасы больше будет!
К у з ь м а. Какой такой колбасы?..
П о с п е л о в. Так ты куда коней сдал?
К у з ь м а. Государству…
П о с п е л о в. Верно, а для какой цели?
К у з ь м а. Я так думаю — для стройки.
П о с п е л о в. Значит, ты не знал…
К у з ь м а. Федор Константинович, чего-то ты недоговариваешь?
П о с п е л о в. Завтра договорим.
К у з ь м а. Нет уж! Сделай милость!
П о с п е л о в. На мясокомбинат они пойдут.
К у з ь м а. Кого?!
П о с п е л о в. Ничего, старик, я тебе получше работу найду. (Уходит.)
Кузьма стоит некоторое время неподвижно, потом идет к себе в избу. Гладит хомут.
Открываются занавески в доме Горюновых. За столом сидят гости, за спинами их ковер.
Г о р ю н о в. Жалко, жалко, что Полина Николаевна не пришла.
Г о р ю н о в а. Но уж на новоселье милости просим!
П о с п е л о в. А какие вам нужды в квартире?
Г о р ю н о в. Скажешь?!
Г о р ю н о в а. Что же, как воду носить да печь топить?
Г о р ю н о в. Неужели обидишь, Федор Константинович? Уж я ли не старался?!
Л и з а. Да уж ты старательный!
Г о р ю н о в а. Конечно! Если что надо, он у меня ночь не спит!
Г о р ю н о в. Дарья, говори меньше, а наливай больше!
П о с п е л о в. Ладно, поглядим! Бухгалтер ты у меня, Прокоп, хороший, не жалуюсь.
Г о р ю н о в. Что могу по силе-возможности!
П о с п е л о в. Больше мочь надо!
Г о р ю н о в. Под вашим руководством можно и больше!
Л и з а. Ой, да хватит вам говорить! Пьем, что ли?
П е т р. Успеешь…
Г о р ю н о в. Вы бы, Федор Константинович, словечко сказали. Уж так славно говорить вы умеете…