Д о м н а П а н т е л е е в н а. Да их теперь полно, штанов этих! Ой, господи… А все от музыки ихней! Все от ее, проклятой! Ты сядь, паразит, книжку почитай, так нет, включит свой рататуй и хлопает глазами! А там, подруга, ни одного русского словечка! А когда и русские, так и не поймешь какие! Он же, дурачок, не понимает, что не быть ему американцем, а те, которые музыку-то эту нам спроваживают, те-то все понимают. Вон, мол, Ванька-дурак, свои песни забыл, а чужие не понимает.
Б а с а р г и н а. Это рататуем что зовешь?
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Магнитофон этот!
Б а с а р г и н а. У нас, милая, чище! У нас в телевизоре пленку засодят и кино глядят. Какое захотел, такое и гляди. Я единожды нашла каку-то, включила. Знаю как. Премудрость невелика. Так, милая ты моя! Вот я тебе скажу, ты не поверишь, что я увидела. Баба голая! (Шепчет на ухо подруге.)
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Не может быть такого!
Б а с а р г и н а. Не божиться же мне за такое дело!
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Не может. Покажи!
Б а с а р г и н а. Вот приедешь, покажу!
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Ой, не верю! У Егория жена-то кто?
Б а с а р г и н а. С первой он разошелся. Да уж давно. Первая-то, Вера Серафимовна, певица. Я, конечно, мало чего понимаю в ихнем пенье, но, матушка моя, как заблажит с утра! Как заблажит! Святых выноси! Веришь, ажно страшно становится! Стекла гудят, посуда позвянькивает, а она пуще горло дерет.
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Да зачем она так?
Б а с а р г и н а. Горло развивала. К вечеру расфуфырилась — и на концерт шасть. Приходит за полночь! А концертное дело до хорошего не доведет! Нет! Цветочки, подарочки. Колечки пошли с бриллиантами! Года четыре прожили и разошлись! Тогда Вера Серафимовна вышла за генерала. Прямо с ходу. Генерал был вдовый. Сейчас маршал. Сама-то к генералу, а Пашку нам бросила. А Пашка, он же ее сын! До Егория родила певица! Вот он и мотался от отца к матери. Егор не баловал, так мать растлевала! На рестораны да штаны по сотне выкидывала! Поступил в институт, женился.
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Паша кем работает?
Б а с а р г и н а. В журнале каком-то. Печатает по журналам рассказы. Нет, Паша это не Егорий! Егорий труженик! В пять встает да до десяти работает дома. После в институт, после всякие заседания!
Д о м н а П а н т е л е е в н а. А сама как?
Б а с а р г и н а. Ничего. Покуда не жалуюсь. И по дому и по магазинам. А тут как-то маршальша прикатила. Все ничего, да уж как-то неловко за нее.
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Ну так прикатила, говоришь, маршальша?
Б а с а р г и н а. Видно, сравнить. Не прогадала ли? Больно расфуфырена! И не к лицу ей. Хоть и маршальская жена, а блюди. Глаза теперь муслят! Чуть не стеклом посыпают, да только чтоб блестели!
Д о м н а П а н т е л е е в н а. У нас две дуры какое-то лекарство себе в глаза капали, чтоб цвет поменять! До того накапали, что одна ослепла на один глаз. Я ее встренула да говорю: поменяла цвет, что не видишь свет!
Б а с а р г и н а. Ну-ка я тебя еще чайком побалую!
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Побалуй, подруга. Я такого чаю отродясь не пила.
Б а с а р г и н а. Так ведь не наш!
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Это почему так? Теперь-то хорошее — что не наше. Свое все перевели. Мого Митяя сымать хотели, что против химии пошел. Он же эти удобрения прямо возненавидел! Ты погляди, что понаделали! Траву отравили удобрением, а после ее скормили скоту. А тот навоз свой навалил, а навоз тоже траченый. Больной. Получилось, что теперь лечить все надо. Делов, подруга, не переделать. А делать особенно некому. Все норовят без дела прожить. Вы-то надолго к нам?
Б а с а р г и н а. Бог его знает! Егор только позавчера с Парижу вернулся, и сразу сюда покатили. У него, подруга, юбилей! А он и говорит, давай, мама, бежим, а то заюбилеют!
Д о м н а П а н т е л е е в н а. Прямо вот так, матом?
Б а с а р г и н а. Где ты слыхала, что матом?
Д о м н а П а н т е л е е в н а. А! Перепутала малость: мой-то, тот без матерного не обходится. Егорий спит?
Б а с а р г и н а. Какой! С утра пораньше, до свету еще, рыбу убежал ловить!
Д о м н а П а н т е л е е в н а. А Степан где?
Б а с а р г и н а. В город зачем-то поперся. Вчера весь вечер молчал! Вот, милая моя, родные братья, а поди ты, сыщи чего общего? Нету! Будто и не я их рожала да растила.