Вальтор предстал перед судом тенью прежнего гордеца. Его некогда надменные глаза теперь бегали по залу, избегая встреч с взглядами бывших "друзей" и ледяным оком Наследника. Он понимал, что игра проиграна. Все его связи рухнули, богатство таяло на глазах под напором финансовой ревизии, семья отреклась, спасая хоть что-то от позора. Он был один. Совершенно один.
Обвинение, представленное Генеральным Прокурором Империи, было железным. Защита пыталась что-то сказать о "недоразумении", о "провокации", о "заслугах перед Империей". Это звучало жалко и фальшиво. Никто в зале не верил. Никто не хотел связываться с человеком, на которого ополчился сам Наследник.
Приговор был оглашен через несколько часов совещания, но ни у кого не было сомнений в его содержании. Председатель суда встал, его голос гулко разнесся по затихшему залу:
"Граф Арман Вальтор, признан виновным в организации покушения на похищение и нанесение тяжких телесных повреждений Личному Помощнику Его Императорского Высочества Наследника Престола, господину Эльсу; в злоупотреблении служебным положением; в коррупции, растрате казенных средств и подлоге документов в особо крупных размерах. На основании статей Имперского Уложения о наказаниях... Приговаривается к ПОЖИЗНЕННОЙ ссылке на рудники Севера с конфискацией ВСЕГО движимого и недвижимого имущества в пользу Имперской Казны. Лишается всех титулов, званий, наград и привилегий. Приговор окончателен и обжалованию не подлежит."
В зале воцарилась гробовая тишина. Пожизненная ссылка на северные рудники... Это была медленная, мучительная смерть в каторжном труде, холоде и нищете. Конфискация всего... Вальтор не просто терял свободу. Он терял имя, прошлое, все, что составляло его гордыню. Он не вскрикнул, не упал. Он просто... сгорбился еще больше, словно под невидимым ударом. Его глаза остекленели, уставившись в пустоту перед собой.
Лориан медленно поднялся. Он не смотрел на Вальтора. Его взгляд скользнул по залу, встречая глаза придворных, многих из которых он знал как возможных недоброжелателей или просто спесивых глупцов. В его взгляде не было триумфа. Было предупреждение. Холодное, как сталь, и недвусмысленное: "Смотрите. Запоминайте."
Затем он вышел из зала, не дожидаясь формального окончания процесса. Его дело здесь было сделано.
После суда в личных покоях Лориана царила не тишина, а... облегченная пустота. Враг повержен. Урок преподан. Но цена была видна на бледном лице Эльса, на его осторожных движениях, на легкой тени усталости под глазами Лориана и Элиры. Даже Барс, стоявший на своем посту, казался менее напряженным, но глубоко измотанным.
Лориан подошел к окну, смотря на сад, где уже пробивалась первая весенняя зелень.
– Кончено, – произнес он тихо, не оборачиваясь. – Он исчезнет. Его имя станет ругательством. Его пример – уроком. – Он повернулся к Эльсу, его взгляд смягчился. – Но ты... ты все еще выглядишь, как призрак, друг. Эта тень боли в глазах... Она не должна там быть.
Эльс попытался улыбнуться, но улыбка получилась слабой.
– Рань заживает, Лори. Просто... последние дни были напряженными. Для всех.
– Именно, – вмешалась Элира, подходя и кладя руку Эльсу на здоровое плечо. Ее ярость утихла, сменившись глубокой, искренней заботой. – Мы все на нервах. Нам всем нужно... выдохнуть. Уйти от этих стен, от этого шепота, от воспоминаний о крови и глупости. – Она посмотрела на брата. – Лориан?
Принц медленно кивнул. Идея зрела в нем с момента оглашения приговора.
– Загородная резиденция. "Лесной Источник". Воздух сосновых лесов, тишина, озеро... Там сейчас особенно хорошо. – Он посмотрел на Эльса. – Месяц. Минимум. Ты, я, Элира, Алис... и Барс, конечно. Охрана будет, но ненавязчивая. Нам нужно восстановление сил. Для всех нас.
Предложение повисло в воздухе. Эльс хотел возразить – дел было невпроворот, угроза от альтарцев и культа никуда не исчезла... Но взгляд Лориана не допускал возражений. И в глубине души Эльс чувствовал, как тело и ум жаждут этой передышки.
– Это... мудрое решение, Ваше Высочество, – тихо сказал Барс. Он мечтал о сне без кошмаров о подземельях.
– Наконец-то! – воскликнула Элира, и в ее голосе впервые за долгое время прозвучали нотки прежней живости. – Я уже вижу прогулки у озера! И чтобы никто не смел говорить о политике! Особенно ты, Лори!
Лориан усмехнулся, поднимая руки в знак капитуляции.
– Обещаю. – Он посмотрел на Эльса. – Согласен?
Эльс встретил его взгляд. Усталость и боль все еще были там, но их теснила теплая волна благодарности и предвкушения покоя. Он видел ту же потребность в отдыхе в глазах Лориана, Элиры, Алики, Барса.
– Согласен, Лори. Спасибо. – Это было больше, чем благодарность за поездку. Это была благодарность за все. За защиту. За месть. За эту заботу сейчас.