Лориан не сидел. Он метался по кабинету, как дикий зверь в клетке. Его лицо, обычно открытое и добродушное, было искажено гримасой бессильного гнева. Кулаки сжимались до хруста костяшек, ногти впивались в ладони. Он чувствовал себя преданным. Униженным. Его друг, его брат по духу, превратился в безумного зверя здесь, под его крышей, на его глазах. И он ничего не смог сделать. Ничего!
– КТО?! – слово вырвалось не криком, а сдавленным, хриплым стоном, выдавленным из самой глубины души. Он с размаху ударил кулаком по тяжелому дубовому столу. Удар был таким сильным, что чернильницы подпрыгнули, а перья рассыпались веером. – ЗДЕСЬ?! В МОЕМ ДОМЕ?! ПОД МОЕЙ ЗАЩИТОЙ?! – Его взгляд, горящий дикой смесью ярости и отчаяния, метнулся по комнате и нашел Алику.
Она стояла рядом с Элирой. Принцесса опиралась о спинку глубокого кресла, ее лицо было белым как мел, руки дрожали, но она старалась держаться прямо, глотая слезы. Алика же казалась высеченной из мрамора. Лишь легкое напряжение в уголках губ и холодный, адский огонь в глубине темных глаз выдавали бушующую внутри ярость – не за упрек принца, а за то, что совершили с Барсом.
– Алика! – Лориан остановился перед ней, его дыхание было тяжелым. – Что случилось?! Как это могло произойти?!– Он обращался не к фрейлине сестры, а к человеку, чья железная логика и безжалостная эффективность в кризисах были легендарны. В отсутствие Барса и Эльса, именно она была столпом практического разума и действия.
Алика не опустила взгляда. Ее ответ был четким, как удар кинжала, лишенным эмоций, но насыщенным фактами, собранными в те минуты хаоса:
– Атака была целенаправленной, Ваше Высочество. Зелье Зверя, мощное, кустарного замеса. Подмешано в вино Барса. Общая бутылка «Эшборн» изъята, его бокал – тоже. – Она чуть кивнула в сторону графина, стоявшего на серванте – единственного предмета, не тронутого хаосом. – Подмена произошла до подачи на стол. Кухня и винный погреб запечатаны моим приказом сразу после инцидента. Никто не входит, не выходит. Обыск ведется силами охраны резиденции. – Она сделала микроскопическую паузу. – Персонал, имевший доступ к вину до подачи к ужину изолирован в своих комнатах под стражей. Ожидают допроса.
Дверь кабинета открылась бесшумно. На пороге стоял Эльс. Он был мертвенно бледен, как изваяние из мрамора. Серебристые волосы идеально гладкие. Очки-артефакты – на месте, линзы светились холодным, немигающим светом. Только неестественная белизна кожи и глубина тени под скулами выдавали напряжение. Он вошел спокойно, без опоры, без одышки. Его походка была ровной, почти бесшумной. Взгляд скользнул по разбитому окну (уже затянутому новым, прозрачным ледяным щитом), по лицам. Он остановился, руки свободно опущены вдоль тела. Никаких признаков, что рана на предплечье беспокоит.
Алика закончила, бросив на него беглый, ничего не выражающий взгляд. Он едва заметно кивнул.
– Зелье Зверя, – подтвердил Эльс. Его голос был низким, ровным, абсолютно контролируемым, как всегда. Ни хрипоты, ни напряжения. – Кустарное исполнение указывает на локального исполнителя или наемника низкого уровня. – Его сияющий взгляд упал на графин. – Предатель – или его хозяин – все еще здесь. – Он перевел ледяные глаза на Лориана. – Барс в парке. Его состояние критично, но предсказуемо.
– Как мы можем ему помочь, Эльс? – голос Лориана был сдавленным.
– Мы не пойдем искать его сейчас. Это не помощь, а самоубийство, – его голос, низкий и хриплый от напряжения, был лишен прежней плавности, но бил, как кинжал, точностью и холодом. – Его зверь сейчас – слепая сила. Он не отличит друга от мишени. Мои барьеры стоят. Он не уйдет за пределы парка. И никто не проникнет сюда извне. – Он сделал резкий, неглубокий вдох, рука непроизвольно сжалась на ране. – Зелью нужно время, чтобы выгореть. Барс сильнее. Он выдержит. Он должен выдержать. – В последней фразе прозвучал не надежный вопль, а холодная констатация факта, граничащая с приказом самой реальности. – А мы… – его сияющий, аналитический взгляд скользнул с графина на Алику, потом устремился в лицо Лориану, – …найдем того, кто это сделал. Узнаем, кому служит. Начнем с кухни.