Дверь захлопнулась. В кабинете повисла гробовая тишина. Барс стоял как вкопанный, его мозг отчаянно пытался переварить услышанное.
– Лори… – его голос звучал хрипло, чужим. – Мейрус? Друг? Эльс и… король Альтарии? Это же… – Он не мог подобрать слов. Предательство? Ловушка? Безумие?
Лориан вздохнул, тяжело, и провел рукой по лицу. Он выглядел усталым и озабоченным, но не преданным.
– Ну, да, – подтвердил он, откидываясь на спинку кресла. – Друзья. Ну, были. Давно. Очень давно. – Он посмотрел на Барса, видя его смятение. – В академии. В Храме Семи Зеркал, что на нейтральных островах. Туда съезжались одаренные со всего континента, часто под вымышленными именами, под чужими личинами. Там и сдружились. Два гения, два честолюбца. Мейрус тогда был просто… талантливым парнем из знатной, но не королевской семьи Альтарии. Звали его тогда Мирос. Эльс… ну, Эльс был Эльсом, но тоже под маской. Они были неразлучны. Соперничали, конечно, но и уважали друг друга. – Лориан помолчал, его взгляд стал далеким. – Потом пути разошлись. Мирос вернулся в Альтарию, неожиданно оказался единственным выжившим наследником после дворцового переворота и стал королем Мейрусом. Эльс… остался Эльсом. Но связь, видимо, осталась. Или… доступ.
Барс слушал, потрясенный. Академия. Чужие лица. Дружба, превратившаяся в… что? Вражду? Тайное сотрудничество? Источник информации? Его мир переворачивался. Эльс, холодный и замкнутый, оказывается, способен на глубокую, пусть и давнюю, дружбу. И эта дружба связывала его с самим врагом!
– И ты… доверяешь ему? Сейчас? После всего? – вырвалось у Барса. Он думал о зелье, о следах Альтарии, о коварстве Мейруса.
Лориан посмотрел на него прямо.
– Доверяю ли я Эльсу? Безоговорочно. Он пролил бы последнюю каплю крови за меня, за Элиру, за Аэриндар. Это не вопрос. Доверяю ли я Мейрусу? Ни на грош. Но доверяю ли я способности Эльса разобраться с Мейрусом и выжать из него правду? Абсолютно. – Принц встал. – Он знает, что делает, Барс. Даже если нам это кажется безумием. А теперь, – его голос стал командным, – пока Эльса нет, безопасность дворца на тебе вдвойне. Соберись.
Эльс уехал той же ночью. Тайно, под покровом маскировочных чар, оставив лишь краткую записку для Лориана с зашифрованным символом – знаком, что он пересек границу.
И начались дни. Десять бесконечно долгих дней.
Дворец жил своей жизнью: приемы, советы, доклады. Альтарское Посольство вело себя тихо, как мыши. Никаких новых провокаций. Казалось бы, затишье. Но для Барса это был не покой, а мучительная пустота.
Без Эльса дворец потерял свою ось. Без его ледяного присутствия, без пронзительного взгляда из-за очков, без даже привычного флера высокомерия – все стало плоским, безвкусным, лишенным напряжения и… смысла. Барс выполнял свои обязанности с фанатичной точностью, патрулировал, проверял охрану, докладывал Лориану. Он был образцом Главного Императорской Безопасности. Но внутри он был пуст.
Раньше тишина между ним и Эльсом была напряженной, наполненной невысказанным. Теперь тишина была просто… тишиной. Глухой и бессмысленной. Ему не хватало даже этих колючих взглядов, этих ледяных реплик, которые заставляли кровь кипеть. Теперь некому было бросать ему вызов.
Воздух дворца казался спертым. Исчез знакомый, едва уловимый запах морозной свежести, озона и чего-то неуловимого, что было просто Эльсом. Барс ловил себя на том, что инстинктивно ищет его носом, как зверь ищет сородича, и каждый раз сжималось сердце от отсутствия.
Без Эльса и его магических барьеров, без его предвидения и анализа, Барс чувствовал себя уязвимым. Каждая тень казалась глубже, каждый шорох – подозрительнее. Он понимал, насколько они полагались на холодный ум мага, даже когда спорили с ним. Теперь вся тяжесть интуиции и предчувствий лежала на нем, и она была невыносима.
Тоска по… чему? Это было самое странное. Он тосковал не только по защитнику или союзнику. Он тосковал по нему. По его присутствию. По тому, как его зверь успокаивался рядом с Эльсом, несмотря на всю их вражду (казавшуюся теперь такой незначительной). По тому странному теплу, которое пробивалось сквозь лед в редкие моменты – в библиотеке у камина, на скале в «Лесном Источнике», когда тот предложил другое вино. Он ловил себя на том, что смотрит на дверь кабинета Лориана, ожидая увидеть знакомую серебристую голову. Или прислушивается к шагам в коридоре, надеясь услышь его легкую, бесшумную поступь.
Мысли о таинственной самке-оборотне из леса отошли на второй план, поблекли перед реальной, остро ощутимой потерей. Запах озона и полевых цветов в памяти смешивался и подменялся единственным настоящим запахом, которого так не хватало – запахом Эльса. Его зверь скулил внутри, не понимая, куда делся тот, кто был… важен.