Довольная принятым решением, я плюхнулась назад на постель и громко засопела. Долгожданная дремота наконец окутала меня своим целебным одеялом.
***
Четыре дня минуло с того злополучного происшествия, а мой диктант так и не был сдан. Сора Капюш слегла с приступом нервного расстройства после увиденного представления и побороть свой недуг в ближайшее время, видимо, не планировала.
Я уже смирилась, что в новый год войду с этим "заговорщицким" хвостом. Дай Лихо, в следующем семестре проклятый диктант в конце концов будет написан.
Хоть я даже близко не была отличницей, но долгов не выносила. За все годы их в моём послужном списке можно было пересчитать по пальцам одной руки.
Подробностей о драке Гасара и Орислава Млад, как ни пытался узнать, так и не смог. Ребята либо вообще ничего не знали, либо знали и того меньше, чем уже располагали мы с другом. Сам следопыт был отстранён от занятий и прохлаждался непонятно где, что также вызывало бесчисленное количество вопросов.
— Может, он из оборцев? — не далее чем вчера предположил друг, устав перебирать в голове сотни удивительных теорий.
— Не смеши! — фыркнула я насмешливо. — Я его, конечно, на дух не переношу, но не настолько же он кретин! Право слово, глупость сморозил!
Во всей этой неразберихе меня радовало только одно: наш фестиваль шёл по плану и с каждым днём радовал меня всё больше и больше.
Снежный лабиринт под руководством следопытов был практически завершён. Площадка для игры в Лебой была сооружена в рекордные сроки и требовала лишь финальных штрихов в виде яркой разметки. Кашеварки в поте лица готовили ярмарку, которая должна была состояться на днях. Деревянные навесы с прилавками уже были сооружены на заднем дворе академии.
Территория "ЛЕДОК" разительно преобразилась: разномастные фигуры каждый день вырастали словно из ниоткуда. Фантазия студентов оказалась донельзя безграничной. Чего только стоил огромный летающий ящер, ощеривший пасть! Он стоял напротив главного входа и был словно настоящий.
Красимирки тоже справно трудились, ежедневно погружая академию в настоящую волшебную сказку. Сотни невесомых снежинок, парящих под потолком, переливающиеся золотом звёзды над окнами… А уж об убранстве маленьких ёлочек, натыканных по всем углам академии, и говорить было нечего.
— Раска! — громко окликнула меня Глафира Фифть. Вот уж с кем‑кем, а с этой деятельной натурой я встречаться сейчас совсем не хотела.
— Да? — наигранно мило улыбнулась я ей, пытаясь придумать важную причину, чтобы поскорее слинять с её пути.
— Это по поводу конкурса «Царь и Царица академии»… — важно произнесла она, прищурившись. — Мероприятие состоится через три дня. Я просила тебя составить список жюри…
— Лихо! — едва слышно пробормотала я, напрочь забыв о приказе строгой «Дуняши». — Прости, Глаш! Я совсем забыла. Может, ты и сама справишься? — заискивающе уставилась я на неё, моля о пощаде.
— Как всегда… — недовольно поджала губы девушка и, не сказав больше ни слова, ушла прочь.
— Как всегда! — пискляво передразнила я её и двинулась дальше по коридору. - Будто мне заняться больше нечем!
У меня были дела поважнее, и я намерена была воплотить их в жизнь прямо сегодня.
Занятий с каждым днём становилось всё меньше. Дня через два они и вовсе закончатся, и тогда я уже не смогу незаметно пробраться в кабинет Соры Капюш и изучить ту многострадальную дыру в стене. Сейчас же у меня было прекрасное оправдание: всегда можно сослаться на очередную попытку сдать треклятый диктант по заговорам.
"Откуда же мне было знать, что преподаватель на больничном?!" — воочию представила я как с кристально-чистыми глазами оправдываюсь перед поймавшим меня дознавателем. Что это будет именно он отчего-то ни капли не сомневалась.
Остановившись возле двери, я вежливо постучалась и, выждав несколько секунд, дёрнула ручку. Кабинет оказался незапертым. Внимательно осмотревшись, я прошмыгнула внутрь и сразу же направилась к дубовому стеллажу, который ныне был вновь приставлен к стене.
— Лихо тебя побери! — попыталась я сдвинуть деревянного великана, но ничего не вышло. Он будто бы врос в пол этой аудитории. — Так и пуп развяжется! Ежели чего не пострашнее… — тяжело пропыхтела я, обессиленно привалившись к боковой стенке исполина.
Взгляд мой неожиданно зацепился за горшок со Шкурейником — растением с большими, жирными листьями. С одной стороны они нежные и сочные, а вот с обратной словно грубая шкура порося. За то в народе он и получил своё название.