Дэн проигнорировал его шутку и вбил в поисковик местной инфосети имя Алисы. На этот раз результат оказался совершенно другим. На экране появилось досье на несколько страниц.
— Вот это да-а, — протянул Алекс, пробежавшись взглядом по страницам. — Девчонка-то та ещё любительница приключений.
Досье пестрило замечаниями. Алиса постоянно влипала во всякие ситуации и нарушала порядок на станции. Ни у кого не было столько строгих выговоров, как у неё.
— Она не работает в шахте, — удивился Алекс, пробежавшись по строкам из досье. — Тогда почему она живет на ШО-1?
— Вероятно Алана прилетела с сестрой, такое разрешено, — ответил Дэн, указывая, на фамилию. Она тоже была Роуз. — Не с кем было оставить, вот и живут теперь вдвоём.
— Очень странно, — пробормотал Алекс. — Смотри! Нашел ее в глобальной инфосети.
Он протянул свой планшет. Дэн бросил на экран беглый взгляд и глаза расширились.
— Младшая дочь совладельца шахты на ШО-1? — повысил голос Дэн. — Почему нас не уведомили? И почему нет информации об Алане, если они сестры?
Алекс нахмурился и почесал затылок.
— Всё очень странно, — согласился он. — Поэтому будь аккуратнее, когда завтра будешь общаться с Аланой. Если их семья как-то связана с руководством, лучше не нарываться.
Дэн скрипнул зубами. Ситуация становилась всё более запутанной, и, что хуже всего, теперь он понимал: забрать Мурзика будет не так просто.
8
Жилая станция людей
Утром меня разбудило странное, почти осязаемое ощущение — кто-то внимательно смотрит на меня. В проёме двери, аккурат на границе комнаты, сидел кот. Это он сверлил меня своим умным взглядом.
Какой лапочка! Настоящий джентельмен. Исполняет договоренность, в комнату не заходит. Хотя, может быть зря я предложила ввести это правило: как было бы приятно потискать это пушистое создание. Тем более он еще более ласковый от того, что голодный.
Я резко присела на кровати. Точно! Он же голодный. И…
— Я совсем забыла про твой горшок, — сон как рукой сняло. — Признайся сразу, где натворил дел?
Мурзик не издал ни звука, но так укоризненно взглянул, что мне стало стыдно. Неужели до сих пор терпит?
Я встала, прошла к шкафу, достала комплект одежды и переоделась. Кот продолжал сидеть неподвижно, величественно выжидая.
— Идём сразу к ветеринару, — сказала ему.
Кот, как ни странно, будто бы кивнул в ответ, а затем с важным видом направился к выходу. Я последовала за ним, стараясь не смеяться. Сегодня он явно решил, что достаточно самостоятельный, и демонстративно отказывался забираться на руки.
Мы шагали бок о бок, привлекая взгляды других жителей, у которых, как и у меня был выходной. Кто-то удивлённо смотрел на нас, кто-то сдержанно улыбался, но почти каждый задерживал взгляд на коте.
Во втором секторе жизнь текла неспешно. Многие уже ушли на смену в шахты, и только редкие группы оставались в зоне отдыха. Зато появились на свободном выгуле другие кошки. Обычно их сложно было увидеть — они предпочитали спать или искать укромные уголки. Всего несколько часов в сутки они разгуливали открыто. Няньки ревностно следили, чтобы кошек часто не брали на руки и не гладили без разрешения.
Мой кот (временно или нет ещё предстоит узнать) держался с достоинством и даже не взглянул на других кошек. Те, в свою очередь, тоже игнорировали новичка. Пока он не пытался отобрать у них еду или место для отдыха, пушистые «старожилы» считали возможным не обращать на него внимание. Нрав, конечно, у пушистых ещё тот.
Ветеринар уже был на месте. Дверь в её кабинет была открыта. Женщина-яхмос, неопределенного возраста. Худая, с бледной кожей и холодными голубыми глазами. Седые волосы были аккуратно уложены в строгую прическу. Белый халат и костюм медработника делали её похожей на Снежную королеву — прекрасную и ледяную. Её звали Анной. Яхмосы всегда старались сделать свои имена созвучными человеческим, чтобы упростить общение.
— Мурзик? — удивилась Анна, едва мы с котом переступили порог.
— Даже без проверки? Вы уверены? — попыталась я возразить, но Анна только усмехнулась: у нее была идеальная память на всех котов.