Стоило перешагнуть порог дома как нас с ног до головы окутал приятный аромат белых роз. Они были здесь всюду; гирляндами свисали с потолка; стояли пышными букетами в напольных вазах вдоль стен; плющом обвивали перила лестницы ведущей на второй этаж дома.
Розы были также в просторном зале, они мелькали белыми пятнами среди множества гостей, которых по меньшей мере было около пятидесяти человек. Помолвка видимо была тематической, ибо все дамы за исключением невесты были одеты в нежно-розовые вечерние платья, а их спутники красовались в чёрных смокингах, в то время как жених прибывал в белом.
‒М-да, как скучно, ‒ изрек Итен.
‒Ничего, своим появлением мы разбавили их смертную скуку. Чего стоит один твой костюм, ‒ хмыкнул Серый, во все глаза рассматривая бронзовую с изумрудным узором рубашку Итена, выглядывающую из распахнутого изумрудного пиджака.
‒О, так ты всё-таки заценил мой стиль, ‒ поигрывая бровями, Итен толкнул плечом друга. Серый страдальчески закатил глаза. А я кривовато улыбнулся.
‒Давайте разделимся и найдем наших дам, - предложил я, сканируя толпу гостей взглядом.
‒Наших? ‒ приподнял брови Джаред.
‒Ваших, ваших, ‒ ехидно подтвердил Итен, толкая друга в центр празднества. ‒Я что тебе ещё не сказал? ‒ он захлопал наигранно глазами и продолжил, ещё больше веселясь: ‒Ты торчишь мне штуку баксов, мой пушистый серый друг.
Джаред что-то ответил, но я уже не слышал.
Поиски я решил начать со второго этажа, пока друзья будут шерстить первый. Как ни странно, путь в коридор второго этажа преграждала гирлянда всё из тех же роз. Однако это не являлось для меня помехой.
Отодвинув нить цветов в сторону, я прошел дальше, оказавшись в коридоре. Толкнув первую попавшуюся дверь, не обнаружил там ничего интересного, так было и со второй, третей, даже с четвертой, пока я не наткнулся на запертую. Постучал несколько раз о дверной косяк, но ничего не произошло, за дверью была тишина. Хотел двинуться дальше и позже вернуться к ней, но вдруг почувствовал до боли знакомый запах.
Резко развернулся, вдыхая пьянящий аромат, что принадлежит лишь одной девушке: Лили пахнет свежей мятой, которая, пробравшись в лёгкие дурманит, заставляет вдыхать её снова и снова.
Она стояла у лестницы, теребя белые декоративные цветы и сводила моего зверя с ума. Он рычал и требовал закутать это шикарное тело в мешок из-под картофеля, лишь бы его никто кроме меня не видел. А она улыбалась своими невозможными голубыми глазами, одетая в кремовое платье, что облипло её, будто вторая кожа. Подчеркивая все самые аппетитные места.
Лили приоткрыла рот собираясь что-то сказать, но я не дал. Стремительно приблизился к ней, впиваясь в нежные губы. Медленно провёл языком по влажной губе и углубил поцелуй, вырывая из её горла стон. Я был безумно рад встречи, будто с момента расставания прошла как минимум вечность, а не какие-то жалкие пару часов. Запустил свою руку в распущенные золотистые локоны, прижал теснее. Мне было невозможно мало Занозы.
Мои руки спустились к её нижним округлостям, а губы переместились на тонкую шею, покрывая её тягучими поцелуями. Я словно лишился рассудка, от запаха дурманящей мяты, от бархата кожи и сладости губ. Казалось в эту минуту безумней меня нет никого.
‒Ты пьян? ‒ пытаясь отдышаться, Лили схватила мою голову руками, отрывая от весьма приятного занятия.
‒Нет, я не пьян, я сошел с ума, ‒ совершенно серьёзно ответил и снова потянулся к желанными губам.
Подхватил Лили под попу. Она обвила меня ногами, задрав чёртово платье, до самой задницы. Я зашипел, осознав какой сейчас открывается вид сзади.
Толкнул незапертую дверь, коей оказалась спальня и вошел внутрь, неся свою добычу на руках. Не отрываясь от сладких губ, нащупал на ручке замок, повернул и двинулся в сторону кровати.
‒Райт, мы… ты, я, ‒ пролепетала Лили, когда наши губы разомкнулись, а её разгорячённое тело оказалось на холодной кровати.
‒Малыш, прости, но я не смогу остановится, ‒ честно признался я. Понимая, что сейчас не время и не место. А я все равно не смогу оторваться от столь желанного тела.
‒Я знаю, ‒ кивнула Заноза, откинувшись на подушки. ‒ И я хочу… помоги мне забыть сегодняшний день.
Последние слова, сорвали и так еле сдерживаемые тормоза.