Это сейчас на трезвую голову понимаю – Хромой блефовал, Лили не было с ним. Боги, ведь за эту ночь чуть не сошел с ума, представляя, как старый поддонок издевается над ней, да и его похотливые щенки не упустили бы возможности поразвлечься, пока я торчу за решеткой. Однако, здесь только моя вина, не поддайся эмоциям, сиюминутному порыву уничтожить всех и каждого – все было бы иначе.
Чмокнув Лили в кончик носа, обхватил её ладонь и вывел в коридор. Полицейские встретили моё появление, напрягшись, один даже положил руку на кобуру. Видимо уже доложили. Усмехнулся. Что ж я подозревал, о наличии крысы в местной полиции. Уж больно резво мне выделили апартаменты в местном «люксе», что не скажешь о моих «друзьях» по ММА.
Обвел взглядом помещение в поисках бумажника, который у меня любезно изъяли при задержании. И почти сразу нашел его сиротливо лежащим на столе у самого нервного копа. Подошел, указывая взглядом на собственность. Невротик сглотнул и дрожащими руками протянул пропажу. Я лучезарно оскалился и, забрав, засунул в карман, не удосужившись проверить содержимое.
Выйдя на улицу, шумно вдохнул утренний воздух, прогоняя из легких остатки затхлости моей ночной обители. Затем оглянулся по сторонам ища взглядом Геру, но того нигде не было видно.
‒Ты что явилась сюда без охраны? ‒ не сдержавшись, прорычал, глядя в лицо Лили.
Она вздрогнула.
‒Я не хотела, чтобы хоть кто-то знал о том, что я хочу сделать, ‒ устало отозвалась Заноза, смотря куда-то вдаль.
‒В обед меня бы все равно выпустили, ‒ раздраженно процедил я. ‒ Зачем ты так рисковала?
Развернувшись, она обняла ладонями моё лицо и, встав на цыпочки, прошептала:
‒Нет, не выпустили бы.
‒Что?
Грустно улыбнувшись, она отстранилась и направилась в сторону красного Мерса припаркованного у какой-то забегаловки напротив. Я двинулся следом. Опередив её, протянул руку с явным намереньем забрать ключи. Невесело улыбнувшись, Лили нехотя протянула связку.
Знаю малыш, ты любишь водить. Но сейчас мне нужна скорость, она поможет упокоиться и привести мысли в порядок.
Кожаные сиденья приятной прохладой встретили пассажиров. В салоне как обычно витает запах лаванды, а куча брелоков на зеркале заднего вида – привычно раздражают, однако я молчу, ведь эти побрякушки нравятся ей.
Выехав на шоссе, разогнался. Стрелка спидометра уже за двести, однако продолжаю давить педаль газа до тех пока, на мою напряженную руку не опустилась её. Сбавил газ.
‒Что ты знаешь? – смотря на дорогу, спокойно спросил я.
‒Всё, - быстрый ответ.
‒Именно? – с нажимом произнёс.
Она не ответила, и я повернулся мельком посмотреть на неё. Отвернулась, сложив руки на груди, демонстративно смотрит в окно. Опустил свою ладонь ей на ногу – погладил.
‒Мне нужно знать, что конкретно ты знаешь и откуда. Малыш, это не игра и не шутка.
По салону разнесся усталый вздох и явно нехотя она начала рассказ:
‒Гера. Вчера весь вечер я провела у твоей сестры, естественно всё время он был поблизости. Перед уходом я зашла в ванную комнату умыться, а его попросила подождать на улице. В ванной пробыла от силы минуту, потому почти сразу же пошла следом. И не услышать его было невозможно, сам знаешь, какой у Геры звонкий голос. Так вот, он оживленно разговаривал с кем-то по телефону. Ну, я и решила не мешать. Встала за углом, дав договорить.
‒Решила подслушать, ‒ улыбнулся я.
‒Да, ‒ она фыркнула, ‒ решила подслушать. И услышала, как он обсуждает твой арест. Гера говорил кому-то, чтобы тот не волновался, ибо некий Заправский позаботится о твоем долгом и о-очень приятном заключении. Из разговора я поняла, что тебе попросту бы не дали телефон, а о том, где тебя держат, никто из твоего окружения не знает. Но Гера любезно поделился с собеседником тайным местом твоего заключения. – Боковым зрением отметил нервное состояние Лили, она сжимала, карая платья оставляя на нём мятые следы. Накрыл её ладошку своей, пытаясь расслабить. – Я ведь считала его другом, а он…