‒ Это все? – перебил я, не желая слушать о предателе.
‒Нет, ‒ Лил начала перебирать мои пальцы, а затем сжала их. – Ещё довелось узнать о любопытных планах Самюэля относительно меня.
Кровь застучала в висках, чувствую, как закипающей волной гнев стремится по венам. Мой волк отзывается злобным рыком, щетинится, но он все ещё слаб и не может выбраться на волю. Сейчас это и к лучшему, я наверняка бы не смог удержать оборот. А превратиться в волка за рулем, та ещё перспектива. Им не жить. Убью каждого, кто хоть на шаг приблизится к ней. Эта гнида Самюэль, так и думал – без него не обошлось. Уж больно счастливая у него рожа была, когда Хромой решил назначить мне «встречу» вне офиса.
Только какую роль здесь играет Гера? У меня с ним никогда конфликтов не было, он даже казался хорошим малым.
‒Я все улажу, не переживай. Он и пальцем к тебе не притронется, у него их просто не будет, ‒ сжимая уже обеими руками руль, до побелевших костяшек, твердо проговорил я.
‒Райт, не надо, все же обошлось, ‒ жалобно проскулила Лили.
Ничего не ответил. Не хочется врать. Сбавил газ и свернул направо, выехал на проспект, еще чуть-чуть и дома.
Лили до конца не понимающая, куда мы едем, заерзала на пассажирском сиденье и с любопытством поинтересовалась:
‒А куда мы?
‒Ко мне.
‒Понятно. ‒ Как приговор для самой себя, произнесла она. Трусишка, ничего я тебе не сделаю, наверное…
Всю оставшуюся дорогу мы ехали, молча, я не хотел говорить, а она, судя по выражению сосредоточенной мордашки, о чем-то думала.
Припарковал машину на стоянке для VIP персон, вышел из машины и открыл дверцу для Занозы, помогая ей выбраться.
‒ Небоскрёб? – разглядывая здание, спросила она.
Кивнул.
‒А какой этаж?
‒Пятьдесят первый, ‒ответил улыбнувшись.
‒Вау-у, - восторженно протянула она, ‒ а всего сколько?
‒Пятьдесят три, ‒ взял её теплую ладошку и повел внутрь.
На входе нас встретил швейцар, я приветливо кивнул ему, тем самым ответив на его приветствие, и мы зашли внутрь.
В знании было все как всегда: улыбчивый персонал, снующие туда-сюда посетители, начищенный до зеркального блеска мраморный пол и минимализм в интерьере.
Зайдя в лифт, достал из бумажника карту и приложил к дисплею, потом нажал на нужный этаж. Лили прижалась ко мне плечом, а я погладил большим пальцем её ладошку.
Двери лифта разъехались и выбравшись из кабинки свернули налево, затем прямо и мы наконец-то добрались до цели.
Внутри царил полумрак. Тяжелые темно-серые шторы были привычно задвинуты, не пропуская внутрь солнечный свет. Лили высвободила свою руку и ринулась это исправлять. Раздвинув шторы, она восторженно уставилась на вид за окном, буквально прислонившись к нему всем телом.
‒Здесь красиво. Здорово жить рядом с облаками?
Обнял со спины и, уткнувшись ей в шею – нежно поцеловал.
‒Очень, ‒ шепнул на ушко.
В тот же миг почувствовал, как напряглось её тело, будто ей в спину вставили железный штырь. Развернул к себе и заглянул в глаза.
‒Заноза, что с тобой?
Отводит взгляд, нервно покусывая нижнюю губу. О Боги, какие они сочные, хочется приникнуть к ним и испить досуха.
Сглотнул.
Здесь и сейчас я слаб пред этой женщиной. Мне невыносимо сложно перестать смотреть на искушающие губы, но собрав всю волю – отхожу.
‒Я в душ, ‒ стараюсь говорить обыденно, открывая дверь в ванную. – Если есть хочешь, в холодильнике полуфабрикаты и пицца.
‒Спасибо, ‒ донеслось мне вслед.
Грязная и местами порванная одежда летит на пол, переступая через нее, подхожу к зеркалу и морщусь. Там в отражении на меня смотрело моё изрядно потрепанное тело. Спереди на левой стороне ребер красовался огромный синяк пурпурного цвета. Хорошо хоть лицо почти не пострадало: всего лишь ссадина на губе и рассеченная правая бровь. А вот спине досталось с лихвой, она была вся покрыта рубцами и кроваво-синими синяками.
Если Хромой думает дешевым шантажом и грубой силой вынудить меня подписать отказ от своей доли в «Стелле», он далеко заблуждается. Могу представить, степень его бешенства, в тот момент, когда он узнал о моём внеплановом освобождении. Уверен, об этом ему доложили, как только мои ноги переступили порог полицейского участка.